— Причина смерти установлена? — спросила она.
— Вскрытия ждите, — буркнул из-под маски эксперт. — Тело слишком сильно разложилось. Но очевидных травм нет.
Это уже было очень любопытно. Убийства первых жертв были разными, однако схожими: близкий контакт, много крови. Виктора лишили жизни иначе. Это различие было важным — настолько, что Анна даже сомневалась, не ошиблись ли они, приписав это преступление Анониму.
Сомневалась не она одна. Леон, до этого времени молчавший, наконец обратился к ней:
— Может, это вообще не тот, кого мы ищем?
— Может, и не тот, но работу продолжать надо. Давай поднимемся наверх.
Запах смерти уникален, он цепляется к живым, как паразит, его тяжело выветрить. Поэтому рядом с трупом не хотелось ни говорить, ни даже дышать. Анна догадывалась, что толковых улик они не обнаружат, уже ясно, что убийца был очень осторожен. Поэтому она поспешила подняться наверх и сразу же вышла на крыльцо, туда, где дышать можно было полной грудью.
— Дверь не вскрывали, погрома нет, следов борьбы — тоже, — указал Леон.
— За три месяца он мог все убрать, даже если это было. Он знал, что ему не помешают.
В некотором смысле, Виктор Караулов создал идеальные условия для своего убийства — невольно, естественно. Вот уже несколько лет за ним водилась привычка зимовать в теплых странах. Причем Виктор не просто уезжал, он «пропадал с радаров» — так он это называл. Он всегда выбирал не слишком развитые страны и уходил в загул. В первую его поездку это привело к международному розыску и грандиозному скандалу. Но Виктор, даже получив от родителей взбучку, меняться не собирался. И снова ему, избалованному мальчику, пошли навстречу. Теперь, если ему хотелось затеряться в джунглях или трущобах, остальным оставалось лишь принять это.
Убийца все знал, иначе и быть не может. За Карауловым он наблюдал точно так же, как за другими жертвами. Он изучил добычу, как изучают зверя. Он дождался, когда Виктор объявит всем своим знакомым, что улетает, и нанес удар.
Был ли он знаком с жертвой? Возможно, но не обязательно. Похоже, Виктор часто менял круг общения и не запоминал даже имена всех своих любовниц. К нему мог подобраться кто угодно.
Но Леон все еще сомневался:
— Как-то не очень он нам подходит…
— Определение «замурованный уродец» оставляет не такое уж широкое поле для фантазий. Я просмотрела нераскрытые убийства за нужный нам срок, никого подходящего больше нет.
— Но он же мужчина!
— Это ничего не значит. Аноним не насилует своих жертв — ни живыми, ни мертвыми. Для серийных убийц, которые не ищут во всем этом сексуального удовлетворения, пол не имеет такого уж большого значения. Плюс ко всему, Караулов был молод, это тоже указывает на определенную схему. На данном этапе, всем жертвам меньше тридцати. Неизвестной остается одна, но, думаю, искать ее нужно в этой возрастной категории.
Уже сейчас, до заключения всех экспертов, Анна могла сказать о жертве еще кое-что, но просто не успела. Ее внимание отвлекла потасовка перед домом, там, где полиция установила ограждение.
Жители коттеджного поселка сразу же заинтересовались таким скоплением служебных машин. Но к дому их не пускали, допрашивали за линией. Да и они особо не стремились попасть туда и увидеть все своими глазами. Скорбеть о погибшем они тоже не спешили, пока все указывало на то, что у Виктора вообще не было никаких отношений со своими соседями. Если бы он жил в квартире, конфликтов было бы не избежать — с его любовью к вечеринкам, кальянам и громкой музыке. Его отец учел это и благоразумно поселил отпрыска в отдельном доме.
Так что шум создавали не соседи. Посреди улицы остановилась дорогая машина, из нее выскочил мужчина лет пятидесяти и бросился к дому. Дежурные его задержали — к его немалому возмущению. Мужчина был в шоке, это чувствовалось сразу. Уже то, что он добрался сюда без аварий, можно было считать чудом. Взгляд у него был блуждающий, он никак не мог объяснить полицейским, почему его нужно пропустить внутрь. Он только кричал, что должен быть там, а они все сядут за попытку помешать ему.
На шум из дома вышел Чеховский, увидел мужчину и тяжело вздохнул.
— Вот и принесли черти. Просил же его не приезжать!
— Отец убитого? — догадалась Анна.
— Он самый.
— Пропустишь его?
— Ну а что делать? Если не пропущу, он нас поубивает всех. Да и не по-людски это как-то — не пускать его. Эксперты уже все равно закончили работу, пусть идет.
Когда допрашивали соседей, кто-то из них высказал предположение, что Виктора мог убить его папаша. Молодой человек был проблемой по всем статьям, он вытянул из родителя больше денег, чем любой финансовый кризис. Уже было ясно, что толкового преемника из него не получится.
Но теперь, глядя, как мужчину трясет от горя, Анна понимала, что для Евгения Караулова это не было важно. Да, возможно, он понимал, что сын у него получился бестолковый. А может, он еще надеялся что-то исправить. В любом случае, он слишком любил Виктора, чтобы причинить ему хоть какой-то вред, об убийстве и речи не шло.
