– Думаю, да, – Карим выглядел одновременно ошеломленным и обрадованным. Роун решил, что радуется он тому, что понял, почему его Дар слабее, чем он привык. – Только вот кто тут всем заправляет, интересно…
– Не Стейнмунн? – Это прозвучало только наполовину как вопрос. Карим выглядел задумавшимся. Он медленно покачал головой:
– Пока не могу решить. Давай оставим эти вопросы на потом.
Ветер на вышине завывал по другому – не сдерживаемый скалами, он пел дикую песню, неся снежную вуаль и врываясь в скопления туч. Яростно сбивал сосульки, которые с хрустальным звоном разбивались у ног Роуна и Карима. Снова и снова пытался прорваться через защитный магический барьер, злобным ревом встречая каждую свою неудачу.
Карим, шедший первым, кинул взгляд назад, схватил Роуна за руку, и на площадку они шагнули вместе.
…Это место выглядело сказочно прекрасным. Под ногами стелилась зеленая трава, в которой кое-где проглядывали желтые головки одуванчиков, синие колокольчики или небольшие красные маки. Журчал весело ручей, отгоняя тревогу и печаль. В безоблачном небе сияло солнце. А на другом берегу ручья белел невиданной красоты цветок.
Карим не мог сдвинуться с места, очарованный безыскусной красотой этой маленькой полянки. Рядом кто-то засмеялся радостно, и этот звук вписался в общую картину. Не хотелось ничего говорить, думать о чем-то… просто лечь на траву и смотреть в небо, стать частичкой этого прекрасного мира.
Он уже собирался так сделать, но что-то мешало. Карим недовольно нахмурился: чья-то рука крепко держала его за рукав. Он попытался освободиться, если понадобится, силой.
Смешок повторился, но на этот раз он был язвительным:
– Уж не знаю, что ты там сейчас видишь, но выглядишь на редкость глупо.
– Оставь меня, – пробормотал Карим и шагнул к ручью. Ему очень нужно было понюхать белый цветок, без этого жизнь теряла смысл…
– Ну нет! – Нарушитель спокойствия дернул его за рукав, не давая идти вперед. Карим рассердился и не глядя ударил. Получилось: кто-то охнул сдавленно, выругался сквозь зубы, потом проговорил:
– Ладно, раз так…
Карим еще успел вяло подумать, что спутник ему достался удивительно надоедливый – а потом ему дали пощечину, достаточно сильную, чтобы в голове зазвенело, а перед глазами поплыли белые круги. Разъяренный не на шутку, Карим развернулся к обидчику, собираясь проучить его… и внезапно понял, что мир вокруг резко изменился.
Больше не было зеленой лужайки и теплого солнца. Журчание ручья заменило завывание ветра, в котором почти угадывались слова, а белый цветок обернулся скалящейся трещиной в горах. Сам Карим стоял в одном шаге от края пропасти, а Роун держал его за руку, сам цепляясь за скальный выступ.
Поймав прояснившийся взгляд кузена, Роун с облегчением улыбнулся, заметил:
– Вот это ты, конечно, разбежался. Еле тебя поймал, прыгун.
– Что за ерунда? – пожелал знать Карим, когда уже стоял на ровной площадке. В голове прояснилось, и он ощущал изумление и страх. Если бы не Роун…
– Ты был прав, – отозвался Роун. – Чем сильнее Дар, тем сильнее и морок, из-за которого, я уверен, не один храбрец погиб здесь.
– Значит, мне жутко повезло, что я встретил именно тебя в тот вечер, – Карим усмехнулся, покачал головой. – Правда, тогда я так не думал.
– Знаешь, ты у меня тоже особого восторга не вызывал, – не остался в долгу Роун. – Мне казалось, стоит тебя только тронуть чем-нибудь острым, как ты лопнешь – настолько много в тебе гонора.
Они посмеялись. Карим отстраненно подумал, как странно звучит живой и радостный смех здесь, на вершине мира – и тут же вспомнил:
– Сияние!
– Да уж, это не морок, – со вздохом признал Роун. – Ладно, давай закругляться. Нас там, наверно, уже ждут внизу.
Карим мрачно подумал, что он прав, но промолчал. Нужно было составить план, когда они будут спускаться. Если Терновый король и правда ждет их, следует быть наготове.
– Бери уже свой цветок, – поторопил он Роуна. Тот фыркнул:
– Что, боишься, вдруг и он тебя зачарует?
– Поторопись.
Роун подошел к краю пропасти, держась за руку Карима. Осторожно посмотрел вниз. Потом медленно лег на живот и потянулся куда-то вниз. Карим держал крепко, цепляясь одной рукой за скальный выступ и упираясь ногами в камень.
Роун наконец вынырнул из-за края скалы. Лицо его светилось торжеством. Карим помог ему добраться до безопасного места и встать. Роун поднял руку. В кулаке был зажат стебель, на котором покачивался белоснежный эдельвейс. Карим похлопал кузена по плечу:
– Ты молодец.
– Ну, не я один, будем говорить честно, – отозвался Роун, улыбнулся. – Давай возвращаться, брат.
«И пусть нас ждет кто угодно. Вместе мы справимся с любой угрозой».
11
В подземелье было ужасно холодно. Не спасала ни теплая одежда, ни едва теплящийся в лампе огонь. Бранд не в первый раз подумал, не лучше ли было бы иметь Дар огня, чем владеть магией льда. Но в любом случае он не мог бы ничего изменить.
