Роун все время ощущал, что Карим использует часть своего магического резерва, чтобы помогать ему, вместо того чтобы направить все на свое лечение. Однако стоило только заикнуться об этом, Карим переводил тему, как будто ему было неимоверно важно вносить свою лепту в магическую защиту.
– Сколько ей лет, интересно? – Роун помог кузену подняться, отряхнул его куртку. Карим пожал плечами:
– Ну, если легенды говорят правду, и она действительно была принцессой Энедгейта, то никак не меньше пятисот.
– Ничего себе, – потрясенно выдохнул Роун. Карим насмешливо фыркнул:
– Да, ничего не попишешь: разница в возрасте у вас с ней колоссальная, – он с легкостью увернулся от пущенного в него снежка, издал смешок. – Она рискует остаться вдовой.
Роун ответил подцепленным у охотников словечком и отказался продолжать разговор на эту тему. Карим, посмеиваясь, отстал.
Чем выше они поднимались, тем холоднее становилось, и тем больше приходилось тратить магии. Никто не отпускал шуточек, не заводил разговоров на посторонние темы; больше молчали, только парой слов давая понять, что нужна помощь, или что лучше идти здесь, а не там.
Небо уже вовсю пылало: Сияние, которое в Вангейте было видно только на горизонте, здесь было поистине завораживающим. Широкие зеленые и золотистые полосы извивались волнами по всему небу, отражаясь от ледяной поверхности скал и земли, отчего казалось, что в мире больше ничего не осталось: только поразительное Сияние и тоскливые напевы ветра.
– Времени почти нет, – выдохнул Карим, когда они преодолели очередной сложный виток дороги и остановились передохнуть. – Не успеем вернуться – оно нас спалит. Чувствуешь жар?
И в самом деле, по мере приближения к вершине они оба ощущали все нарастающий жар: как будто разгорается понемногу что-то внутри тебя – и этот жар не в силах погасить никакой холод. Чувство было донельзя неприятным, даже мерзким: словно внутри живет некое существо, питающееся теплом.
– Знаешь, что я только что вспомнил? – медленно проговорил Роун, глядя на кузена. Карим вопросительно поднял брови. – Ведь сегодня ночь Северного гона…
Карим беззвучно выругался. Терновый король – самый верный слуга Королевы – мог встретить их внизу, когда они вернутся с цветком. Стейнмунн ничего не говорила о том, что после этого они будут в безопасности. А значит, изнурительный спуск мог закончиться столкновением с Терновым королем и его свитой.
Роун был растерян: о таком варианте они не думали. Они вообще планировали свой поход на ходу, просто вписывая в него новые лица и детали, фактически – принимая условия, которые им ставили. Если подумать, это раздражало не на шутку.
– Мы все время играем по чужим правилам, – проворчал Роун, беря разбег для прыжка через трещину. Карим повторил маневр, негромко отозвался:
– Значит, нужно суметь повернуть эти правила в свою пользу.
– Но у нас мало силы.
– А что, сила помогла тем, кто был здесь до нас? – Карим был серьезен, а его взгляд успокаивал Роуна. – Кажется, наоборот: чем сильнее был тот, кто добирался до замка и вызывался пройти испытание, тем больше он полагался на свою мощь – и что в итоге? Ни один не выжил.
– А если она врет?
– Я не слышал, чтобы кто-то вернулся из замка, – ответил Карим. Роун покивал задумчиво:
– И что ты предлагаешь? Нам бы какой-никакой план…
– У нас нет времени, – Карим показал наверх. До низко нависшего неба можно было дотянуться рукой. Роун так и попробовал сделать, поймал только темно-серый клок облака, который тут же рассеялся.
– Долго нам еще, интересно? – запыхавшийся Роун без сил опустился на землю. Мир вокруг состоял из туч, Сияния и льда. Это было скучное зрелище.
Карим опустился на корточки, опираясь рукой о землю. Потряс головой, устало выдохнул:
– Сияние почти достигло пика.
– Плохие новости…
– Наверно, я его ощущаю чуть сильнее, чем ты, – Карим смотрел на Роуна. Тот пожал плечами. – Из-за Дара.
– Хорошо бы твой Дар указывал нам путь, – проворчал Роун. Карим быстро улыбнулся:
– Так он именно это и делает. Нам осталось пройти еще совсем немного, – он заставил себя подняться, протянул руку Роуну. – Давай. Еще чуть-чуть.
– Получается, Дар как-то связан с Сиянием? – Роун нахмурился. Прежде подобная мысль никогда не приходила ему в голову, да и в книгах по истории магии он ни разу не встречался с этой теорией. Но ведь это было возможно? – Если ты чувствуешь Сияние…
– А еще – я никогда прежде не тратил столько сил, чтобы залечить рану, – мрачно добавил Карим. – Кажется, ты прав. Сияние – и Пустошь сама – как-то влияют на магию. Не глушат полностью – скорее, вступают в реакцию отторжения, – он внезапно хлопнул кулаком по ладони, посмотрел на Роуна, шокированный догадкой. – И именно поэтому сильные Одаренные терпели здесь неудачу!
Роун застыл с открытым ртом, смотря на Карима так же ошарашенно.
– Получается, это что-то вроде территории, где магия Одаренных оказывается слабее местной магии? И Сияние – как контроль этого? Королева – или кто-то другой, сильнее – контролирует все это дело?
