- Скверно, — зазвучал ее приятный грудной голос, нарушив тишину пещеры. – Мало времени осталось, надо спешить. Я постараюсь поддержать здоровье воинов, но силы мои слишком малы, а болезнь сильная. Я знаю, где находиться Амирдовлат, но тут не все так просто. Его держат в плену. Охраняет его полубог, со странным, незнакомым в горах именем, Горын. Знахаря пытают каждый день, принуждая принять новую веру, но он сопротивляется. Новому порядку нужны знающие ведуны, вот они и стараются, но дух старика крепок, просто так не сломить.
Горын охраняет его один. Считают, что силы полубога достаточно, тем более там, где полностью правят новые порядки и любое сопротивление сломлено.
Что бы освободить Амирдовлат нужно убить Горына. По-другому не выйдет. Обмануть стражника не получиться. Он сидит у входа и никогда не спит, изредка отвлекаясь на пытки. У него две головы, и одна из них постоянно смотрит назад. Жуткая тварь.
- Надо, значит надо. Убью. Другого выхода у нас все равно нет, — вздохнул Федогран.
- Вместе пойдем. – На плечо кряхтя как старый дед залез шишок.
- Конечно вместе. – Тяжело поднялся, покачнувшись Бер.
- Нет братья. – Качнул головой Федогран. – Вы еле на ногах стоите, куда вам. Сам пойду.
- Тогда хотя бы Вула дождись. – Вздохнул Илька.
- То же нет. Времени мало, а оборотень еще не скоро появится. Вы его не дождетесь. Я не хочу сжигать вас на погребальном костре. Не прощу себе этого. Все, хватит спорить. – Махнул он рукой. – Все равно вы меня не переубедите. Рассказывай, как найти ту пещеру, – повернулся богатырь к Къарткъуртха.
- Чего там рассказывать, – вмешалась Руймон, — С тобой пойду, провожу. Сам ты дорогу не найдешь, там лабиринт из ущелий и скал. Там даже горные козы не ходят, плутают. Сгинешь там без провожатого, и нечего на меня зыркать, — зашипела она угрожающе на попытавшегося что-то сказать Ешпора. – Сказала, что с ним пойду, значит пойду.
- И я пойду, — Вышел вперед Ацамаз, — Я этим парням своим счастьем обязан, не останусь в стороне.
- Ну тогда и я в стороне не останусь. – Вздохнул Ешпор, — все так все, — Только Агунду с родителями да Къарткъуртха, тут останутся, за больными присмотрят, да и вообще… - Махнул он рукой и замолчал, не пояснив, что значит это «Вообще».
- Ты же из-под земли не вылазишь никогда? – Вскинула на него удивленные глаза змея, — чего вдруг сподобился?
- Не трави душу. – Огрызнулся владыка подземного мира поморщившись. – Не по душе мне это, но тут выбирать не приходится. Этим парням, — кивнул он в сторону братьев, — помощь нужна. Они за наш мир борются, за нашу жизнь. Тут нельзя в стороне остаться. Не правильно это и подло. Мы же никакие нибудь Чернобоговцы, мы Дела молимся, а он бог чести и справедливости. Ладно, чего из пустого в порожнее переливать. Пошли, убьем этого недобога, освободим Амирдовлата, да парней вылечим.
- Перун с вами. – Произнесли Бер с шишком в спину уходящих. – Храни вас Род, от круга до круга.
Сборный отряд из людей и духов, оставив братьев на попечение Къарткъуртха и Агунду с родителями, отправился в поход, освобождать из лап Чернобога знахаря и ведуна - Амирдовлата. Путь предстоял не то, чтобы долгий, но очень трудный.
Впереди ползла Руймон, постоянно оборачиваясь и уверенно показывая дорогу.
Тропа вела вдоль скал и ущелий, петляла и пропадала в завалах камней, заползала на валуны, и то спускалась в пропасти, то теснилась на узкой тропе между ними и отвесными каменными стенами, пытаясь скинуть путешественников вниз, но все же неумолимо лезла вверх, в горы.
Лошадей с собой не взяли, и правильно сделали, не приспособлены эти животные к скалолазанию. Позаботиться о них, на время отсутствия богатырей, взялся отец невесты Ацамаза, заверив, что все будет хорошо, и что для него это дело привычное.
В первый день поднялись до уровня таяния ледников, и остановились на отдых. Вечер вступал в свои права, постепенно погружая мир во тьму. Лезть дальше не имело смысла. Горы не любят спешки, и могут огорчиться, поломав как минимум торопыгам ноги о камни, а как максимум отнять жизни, свернув шею в какой-нибудь пропасти.
Разожгли костер, распределили дежурства и легли спать.
Федогран долго ворочался. Тяжелые мысли не давали уснуть. Все ли он правильно делает? Главной целью его жизни в этом доисторическом мире, стала борьба с Чернобогом.
Почему? Ведь не он так решил? Никто не спрашивал согласия. Вытащили из теплой постели, вырвали из привычного, уютного мира, школьника, неприспособленного к таким испытаниям, к такой жизни, сунули в боль и страдания, поставили задачу, и будь добр исполняй. Зачем?
И ведь самое удивительное — это ему нравиться. Ту жизнь, размеренную, уютную, он уже и не вспоминает, если только иногда, когда выпадают вот такие вот минуты покоя, мама с папой, всплывают в его памяти размытыми, полузабытыми лицами.
