— Мы ведь уже извинились, что втянули тебя в это. Мы, конечно, определенно не лучшая компания для желающей спокойно жить. Но тогда у нас ведь тоже не было выбора. Мы надеялись найти тех, в ком воплотились души наших подруг. И стоило нам найти тебя, единственную на данный момент, кто мог бы оказаться одной из них, как возле тебя появились херувимы. А это могло означать только одно — нас опередили, тебя нашли раньше. Мы даже на миг не допустили, что враг ошибся. Сейчас, говоря об этом, я понимаю, что мы просто следовали за глупым желанием. Даже если Лилия и Суэна возродились, те, кем они стали не будут ими самими. И что на тебя навели херувимов именно мы. За это можешь злиться, сколько хочешь, но все же постарайся понять нас.
Парень замолчал. Оттолкнувшись от стены, он вышел из комнаты. Осторожно прокравшаяся Суэна, ткнула мокрым носом в плечо тихо всхлипывающую Лике. Девушка чуть вздрогнула и почти сразу отстранилась от полудемона.
— Мне страшно…
— Знаю. Но поспать тебе все же надо. И не спорь. Напою снотворным.
Вялая улыбка коснулась губ девушки, рассеянно почесывающей за ухом собаку.
— Не стоит. Я попробую уснуть. Только… Поставь дверь на место.
…- Ты опять уйдешь к этому своему? Почему не можешь остаться просто со мной?
— Я люблю его.
Она стояла у окна, любуясь полной луной. В принципе можно было любоваться чем угодно, ведь в этом мире ее восхищало все. И почему только ее сородичи мечтают уничтожить это место? Наверно потому, что понимают всю убогость родного мира.
— Любишь его… Но все же бегаешь ко мне.
— С тобой хорошо.
Теперь она наблюдала за отражением парня. А он не отрывал взгляда от нее. Ей нравился этот взгляд, полный восхищения и затаенной нежности. Она не могла полюбить его, лишь легкая симпатия. Почему-то ее народ мог сказать лишь один раз «люблю». И совершенно не важно, что в итоге окажется, что сказано оно было не тому. Все равно они будут любить, как бы плохо вместе не было.
— А с ним тебе значит не хорошо?
— Он не смеет ко мне прикоснуться. Вернее, ему нельзя. И… Я думаю, он не сможет сравниться с тобой.
— Ты жестока. Выходит, ты просто используешь меня для ублажения своих желаний.
— Не правда. Ты мой друг, самый близкий. Единственный, кому я доверяю. Единственный, к кому я прихожу. Веришь?
— Да. Только на дружбу это мало походит.
— Мы живем по другим законам. Меня никто не осудит за то, что я прихожу к тебе. Но он будет злиться.
— Элиан…
Она медленно обернется, чтобы почти сразу оказаться в крепких объятьях.
— Пусть он злиться. Я не отдам тебя ему. Ты только моя. А он не имеет права даже произносить твое имя, раз не может сделать тебя счастливой.
Горячее дыхание обожжет кожу на шее. Только за это она готова была уже отдать что угодно, даже собственные крылья. Что говорить о прикосновениях, о поцелуях, о затягивающих темных глазах… Все это было дорого, но не могло вызвать трепет в сердце. Лишь разгорающееся желание, которому она отдавалась каждый раз…
Лике не хотя откроет глаза. И тут же чуть не вскрикнет от неожиданности. Совсем рядом на постели вытянулась Суэна, в наглую положив голову на подушку. Повернувшись на другой бок, девушка заметит оставленную Эссом на столе пиццу. Наверняка оставил специально, чтобы, проснувшись, она могла поесть. А может это Кетт его заставила. Не суть важно. Гораздо важнее, что кошмары ее явно отпустили. Наверное, давно надо было высказаться. Зевнув, девушка вновь закрыла глаза, почти сразу засыпая. Сказывались две бессонные ночи.
На тихо скрипнувшую дверь тренирующийся полудемон совершенно не обратил внимания. А вот вошедшая Лике замерла, с немым восхищением наблюдая за Эссом. Да и живущей обычной жизнью девушки было на что посмотреть. Впрочем, долго она не стала любоваться, ведь она сюда не за этим шла. Найдя взглядом теннисный мячик, девушка кинула его в полудемона. И тут же удивленно присвистнула. Несчастный мячик был располовинен одним точным ударом. Впрочем, желаемого она добилась, привлекла к себе внимание.
— О, принцесска. Тебе стало лучше?
— Намного. Спасибо за пожертвованную пиццу.
— Да ладно тебе…
— Не прочь потренироваться со мной?
На удивленно вскинутую бровь девушка лишь смущенно улыбнулась.
— Потренироваться? В чем, дитя?
— Ну… Хотя бы вон на тех деревянных мечах. С нормальным оружием я опасаюсь, у тебя больно тяжелый удар…
На миг Лике коснулась щеки, где все еще виднелся след от удара полудемона. И почти сразу вновь улыбнулась.
— Но ведь даже с таким мечом ты будешь грозным противником. Мне, кажется, для меня это будет полезный опыт.
— Ты хоть знаешь, как правильно с оружием обращаться?
Снисходительный тон Эсса немного задел, но она этого не показала. Лишь для вида потупила глазки и скромно ответила.
— Немного.
Они встали напротив друг друга. Эсс сделал несколько взмахов, приноравливаясь к непривычно легкому оружию.
— Ну что, готова?
