Взгляд скользнет к Лике, практически добравшейся до своей цели. Еще одна странность — вокруг идет сражение, но их двоих оно словно не касается, их будто не замечают. Что же Лилия все-таки накрутила в своем ритуале, что сейчас может провернуть и такое? А что это ее работа Эсс не сомневался. Она всегда творила невозможное. Но и ее силы видимо не безграничны. Тех коротких мгновений, что он смотрел на Лике хватило, чтобы образ эльфы стал более прозрачным. Время утекало, а ведь хотелось спросить еще столько всего! Столько всего сказать. Но он почему-то задает вопрос, на который совершенно точно не хочет знать ответ.
— Почему я? Ни Раф, ни Суэна, ни твой пернатый друг?
— Потому что дурак!
Один шаг, чуть привстать на цыпочки, едва касаясь губ полудемона. Дурак, за все время так и не заметил, что был кем-то большим, чем наемником, другом, дядей. Только ей так могло повезти.
— Потому, что Су не любит прощаний. Потому, что отца я успею дождаться. Потому, что слишком поздно узнала, что мы — родня… Феникс, взмой!
Резкий шаг назад, вскинутые руки и вот вместо эльфы сгусток пламени, стремительно летящий к Лике, проходящий сквозь нее, отразившийся в лезвии клинка, что именно в эти секунды пронзал призрачный женский силуэт, стоящий за спиной Модеуса. Время снова возобновило свой ход, в мир вернулись краски.
В какой момент она сама начала прокладывать путь к призраку, а не делала это ее руками Лилия — девушка не поняла. Впрочем, на «качестве работы» это не сказалось, словно навыки графини передались ей, а сама эльфа исчезла. Но нет, Лике чувствовала тонкую связь с ней, тоже ведь в какой-то степени родная. Но размышлять, куда делась Лилия времени не было — херувимов бы убрать с пути.
Свободное пространство появилось неожиданно. Вот она убивает того самого жабообразного Зингера, а вот уже и пять ступеней, что ведут на возвышение. И только они разделяют ее и Мода. Чувствуя себя героем очередного приключенческого романа, или так любимых ею легенд, она сделала первый шаг. Модеус не двигался, наблюдая за ней с нечитаемым выражением лица. Обманчивое спокойствие, особенно на фоне едва заметного силуэта, что-то яростно нашептывающего парню. Лике медленно преодолевала пять ступеней, пытаясь мысленно взять себя в руки. Нужно нанести только один удар. Один, но предельно точный. После у нее не будет шанса для этого.
— Ты, наверное, хочешь, чтобы я извинился?
Призрак чуть наклоняет голову, растягивая губы в едва заметной усмешке. Его действительно веселит эта ситуация. Та, что избрана сосудом для его Элиан, стоит перед ним с оружием, что вручил предыдущий сосуд. Разве это не ирония? Почему они не могут просто смириться?
— Нет.
Лике даже качнула головой, показывая, что ей не нужны извинения. Она прекрасно понимает, что он не извинится. А если вдруг и решит это сделать, то грош цена таким извинениям. Нет, извинения слышать она точно не хотела. Как и что-то еще слышать от него. На самом деле она хотела лишь закончить все поскорее, чтобы наконец-то отдохнуть. Снова стать самой обычной девушкой.
— Тогда отомстить?
— Нет. Освободить.
Месть? Да, местью пылала Лилия. Лике же не хотела мстить. Не тот характер. Да и сейчас она видела — не он это затеял. Совсем не он. Ее ответ смог удивить Асмодея, давая тот самый момент, который она ждала. Момент для единственного удара.
— «Феникс, взмой!»
Девушка не задумывалась, что значит эта фраза эльфы. Она просто вскинула оружие, нанося удар по тени Элиан. Горячий сгусток энергии прошел у нее через грудь, скользнул к клинку и устремился по нему к той, что посмела играться чужими жизнями ради своих хотелок. Оружие не выдержало такого напора, разлетаясь осколками и лишь чудом никого не задевая. Тень исчезла в вспышке пламени, очень уж сильно напомнившей взлетающую огненную птицу. Модеус, как марионетка с обрубленными нитями, почти рухнул на пол, подхваченный в последний момент Лэссом, появившимся из воздуха. Несколько мгновений нефилим всматривался в лицо своего брата, поле чего исчез вместе с ним, обронив едва слышимое
— Спасибо, малыш.
Лике с раздражением отбросила уже бесполезную рукоять катаны. Столько нервов, столько страхов, а в конце ее в очередной раз обозвали малышом. Уж лучше Эссино «принцесска». Кстати о нем. Бой практически был завершен, последних херувимов добивали Суэна и Локи. Виктор хмуро осматривал частично разрушенный зал — полудемоны не стеснялись применять и нечто помощнее, чем только мечи. Рафаэль бросил на названную сестру короткий взгляд, кивнул с едва заметной улыбкой, практически сразу переключая свое внимание на порванный рукав. Эсс стоял посреди всего этого с отсутствующим видом. Впрочем, Лике это не беспокоило, главное, что все целы и, насколько это возможно, невредимы.
— Эсся!
