— Наши желания совпали, Йорген, — ответил я, выпивая залпом. — Мы с тобой наговоримся теперь всласть — времени навалом.
— Вот, я давно хотел тебе сказать… — начал было тот, но его прервал вернувшийся Хмурый.
— Бугор, короче, как в задницу канул! — взволнованно сказал он. — Я всю охрану в поезде на уши поставил, даже сам прошелся. Меж вагонов поставил по часовому. Мне кажется, что беда случилась… Значит, так, граждане и гости Свободных колоний!
Последние слова его были обращены уже ко всем.
— В связи с тем, что в поезде произошло убийство, да к тому же неучтенного пассажира, — продолжил он, — и в связи с отсутствием бригадира состава я, как заместитель бригадира скорого поезда номер четыре, принимаю на себя особые полномочия, так как бригадир поезда в моем лице является ответственным лицом клана Охотников Машинистов, а значит, и Совета Четырех Городов, выдавшего мне лицензию. Таким образом, слушаться всем именно меня и охраны, меж вагонов перемещаться только в сопровождении часового, объяснив ему причину своего перемещения. Соблюдать спокойствие и дисциплину — нарушители будут наказаны…
— Как наказаны, шеф? — с идиотской пьяной ухмылкой спросил Йорген.
— В зависимости от тяжести проступка, — нахмурился Хмурый, — вплоть до расстрела!
Я возликовал мысленно, в воображении пожав Хмурому руку. Он избавил меня от сеанса воспитательной работы с пьяным Йоргеном.
— Че, прям расстреляешь, если я громко пукну? — Йорген выпучил глаза, и мне захотелось дать ему под дых.
К счастью, подоспела Сибилла и сделала это за меня, на что Йорген комично хрюкнул и попытался схватить ее за ногу.
— Я надеюсь, вы понимаете всю важность соблюдения порядка и дисциплины, — продолжал Хмурый. — Так как предполагаемый убийца еще находится на поезде, соответственно любая паника и беспорядки будут ему только на руку и затруднят его обнаружение, в котором, мне кажется, все должны быть заинтересованы. Согласны со мной?
Послышались одобрительные возгласы, и даже Йорген закивал. Мне нравилось, как повел себя Хмурый в этой ситуации, — он был молодцом.
— Если кто-то что-то видел или знает что-то, что может помочь в обнаружении того душегуба, не стесняйтесь — говорите. Если кто боится — передайте мне через охрану: у нас Охотники честные, никому не скажут. Можете информировать Охотника Странного из долины Маринера, которого я назначаю своим помощником в расследовании этого дела…
Я невольно усмехнулся — значит, теперь Хмурый становится моим боссом! Что ж, не самый плохой вариант!
Поезд сбавил ход и почти остановился.
— А кто выложит в Сеть информацию про убийство, я тому голову отвинчу, — сказал мой босс. — Поменьше трепитесь и сплетничайте: это тоже на руку убийце будет… В общем, так… Есть вопросы, пожелания?
— Я хочу допить водку! — сказал усатый шахтер.
— А я хочу в уборную! — сказала взволнованно Дронова.
— Делайте что хотите, но чтобы не нарушать озвученных мной правил, — отмахнулся Хмурый, понимая, что вопросы, которые сейчас посыплются, будут в основном отвлеченного характера.
Вновь начались шумные дебаты. Кто-то сказал, что вообще согласен жить в буфете и только принесет сюда спальник. Повара стали протестовать, отказываясь устраивать в буфете постоялый двор, а бармен урезонивал их тем, что больше девайсов можно будет набрать.
— Только, ребята, никаких кредитов и заема, — говорил он, — у нас коммерческая организация — эрги вперед!
— Как вам не стыдно! — сказала неожиданно Дронова. — Тут человека убили, а вы о деньгах… Дэн, ну расскажи! Что случилось! Мне так важно это знать!
Я понял, что она не отвяжется, даже если ей сказать, что ее расстреляют.
Вагон вздрогнул и, покачиваясь на рессорах, тронулся дальше.
— Его задушили, а потом застрелили из собственного пистолета, — сказал я загробным голосом.
— Какой кошмар! Кашмар-то какой! — Дронова почти прошептала эти слова, выкатив глаза и прикрыв рот ладонью.
— Вот так вот. — Я назидательно закивал.
— А я всегда говорила, что связываться с политикой — это опасно, — в тон мне сказала она.
— А почему вы решили, что с политикой? — поинтересовался я.
— Ну это же ясно как божий день! — всплеснула она руками. — Все из-за власти и денег! Разведка с Земли послала своих людей захватить власть на Марсе. И вот в Персеполисе губернатор, наверное, согласился сотрудничать, а Дарби — нет. Вот его и пришили, то есть придушили! Сначала итальянец, а теперь он!
— Ладно, — сказал Хмурый. — Ты тут со своими потолкуй, а я пойду — если медик закончил, ребят порасспрашиваю, что слышали, что видели…
— Хорошо, — кивнул я, — я потом подойду.
— Добро.
— А про какого итальянца она говорит? — спросил один розовощекий повар с черными густыми бровями.
— Так, — сказал я решительно, — коль скоро новый бригадир поезда назначил меня своим помощником, вопросы буду задавать я, а вы отвечать, иначе мою голову разнесет, как переспелую тыкву! Имейте совесть, граждане!
— Я готова рассказать все! — с энтузиазмом выпалила Дронова. — Все до мелочей!
Честно говоря, именно этого я и боялся, но все же ободряюще кивнул полячке:
— Интересно, что вы знаете об этом деле?
