– Если кратко: утром проснулся, ее нет. Ее половина постели холодная, значит, встала уже давно. Но сначала я даже не нервничал и ничего необычного не заподозрил. Лиля может встать ни свет ни заря, бегать вокруг озера, потом плавать в бассейне. Несмотря на теплую осень, в озере вода уже остыла. Или могла пойти на утренние этюды, в последнее время она увлеклась живописью, все хочет научиться фиксировать туман на полотне, то есть пишет пейзажи. А потом, когда она не появилась к завтраку, я попросил прислугу найти жену. Тут-то и выяснилось, что ее нигде нет, что сегодня ее никто не видел, что она не брала мольберт, не брала машину.
– А одежду?
– Чего? – растерялся Николай.
– Ну, вы в шкафах хорошо смотрели? Вся одежда на месте? Порядок ли на полках? Удалось установить, в чем была одета ваша супруга, когда пропала?
– Вы тоже считаете, что Лиля могла молча побросать в сумку вещички и удрать по-тихому? – скривился мужчина, изображая гримасу то ли страдания, то ли отвращения.
– Нет, мы пока ничего толком не знаем и уж тем более ни на что не намекаем. Просто пытаемся восстановить ход событий. Например, установить, куда Лилия собиралась, когда одевалась? Ведь, надевая вечернее платье и туфли на высоких каблуках, женщина идет на прием или в ресторан. Деловой костюм выбирает для встречи, когда нужно не выделяться в офисе или, скажем, в центре города днем. Спортивный костюм или джинсы и свитер можно надеть для прогулки в лесу или путешествия в деревню, и так далее. Так же по состоянию шкафов и полок с одеждой можно понять многое про их хозяйку. Например, узнать, в каком эмоциональном состоянии была Лилия, когда одевалась. Сама она собралась или действовала по принуждению, нервничала ли, торопилась или была совершенно спокойна?
– А еще нам важно знать, взяла ли она с собой мобильный телефон, деньги, документы или банковские карты. Последние вообще неплохо было бы взять на контроль. И это не от недоверия к вашей жене, – торопливо заверил Стас, заметив, какой мрачный взгляд бросил в его сторону Николай. – Картами могли воспользоваться злоумышленники.
– Да. И это очень помогло бы нам напасть на след, – добавил Лев.
– Ее карты и кредитки остались на месте, в кошельке, в сумке, там же есть немного мелких денег и телефон, только он совершенно разрядился, а зарядку я пока не нашел. Все наши наличные лежат в сейфе. Разумеется, Лилия знает код сейфа, и я в него заглянул, когда выяснилось, что жена исчезла, кажется, все на месте.
– Кажется?
– Драгоценности вроде все на месте, но досконально я не проверял. – Николай начал-таки раздражаться. – Деньги вроде тоже на месте, но точно, буквально до доллара или фунта, я не могу сказать, потому что не стал пересчитывать, поскольку это было бессмысленно, так как я не пересчитывал деньги ранее.
– И не знали точную сумму?
– Нет, сначала знал, как же без этого. Но мы же тратили деньги потихоньку, на расходы по содержанию замка, оплату прислуги, продукты закупали и прочее. Кроме того, и жена, и дочь могут брать деньги на свои личные нужды, и у нас не принято бегать и просить у отца семейства каждый рубль. Они у меня обе девушки толковые, обстоятельные, пороками и пагубными увлечениями не страдают, спускать деньги на ерунду не станут. А крупные покупки у нас принято предварительно обсуждать на совете семьи. Так что в этом плане у нас царят гармония и полное доверие.
– Понимаю, но все же. Вот заглянули вы в сейф, лежат деньги стопками, вы же помните, сколько их было вчера или на прошлой неделе, визуально?
– Вот именно – визуально! – Николай обрадовался, словно нашел слово, что вертелось на языке, но никак не вспоминалось. – Визуально вроде все на месте. И про вещи в шкафах я то же самое скажу. Но вот горничная жены, Наталья, вам скажет точнее. Или Рита, к примеру, девочки – они больше спецы по тряпкам. Рита знает и помнит, какую блузку, шубку, шарфик где купили, сколько раз жена эту вещь надевала и по какому случаю. Они обе скоро подойдут сюда. Сможете все, что требуется, уточнить лично. А я в этом деле не силен, но как только стало известно об исчезновении Лили, распорядился, чтобы в нашей комнате и ее салоне ничего не трогали и не перекладывали.
– Это правильно. А что полицейские, не заинтересовались?
– Заходили, посмотрели, – кивнул Николай. – Сказали, раз следов борьбы нет, значит, сама ушла, и значит, отпечатки снимать или следы какие искать не имеет смысла. Правда, никаких явных следов в нашей комнате и ее салоне и не было.
– Значит, их основная версия?..
– Они думают, что Лиля сама ушла, то есть сбежала от меня. Попытались искать ее следы пребывания в деревне, опросили народ, но ее там, похоже, никто не видел. Опросили гостей, мог ли кто-то мою жену вывезти из замка, тайно и по ее просьбе. Тоже пусто. А теперь полицейские думают, что Лиля пошла гулять в лес и заблудилась, или стала утром купаться в озере и утонула, или вообще покончила с собой. Вот вы по приезду видели, стражи порядка организовывают поиски, будут водоем прочесывать, с аквалангистами… – бывший бизнесмен в сердцах добавил непечатное слово.
