Что вы будете делать, если однажды проснётесь и обнаружите, что оказались внутри игры, которую всегда любили? Что вы будете делать, когда осознаете, что не просто стали неигровым персонажем, но и вас к тому же забросило назад, в прошлое, до момента, когда игра ещё не была запущена! Что произойдёт, когда две реальности сольются воедино...? До момента подобного перерождения Хан Сяо был игроком, профессионально занимавшимся прокачкой своего персонажа. Используя знания из своей прошлой жизни, Хан Сяо начинает своё путешествие по этому миру, готовясь к прибытию других игроков.
Бум!
Когда серебряные и темно-коричневые кулаки сталкивались, ударные волны вновь и вновь взрывались. Горутан снова был поражен [Рывком — бесконечным потенциалом] Хан Сяо.
Хан Сяо использовал не свое Механическое Божество, а свое основное тело, чтобы сражаться в ближнем бою. Как только его [Рывок — бесконечный потенциал] заканчивал откат, он отступал и увеличивал пройденное расстояние для следующей мощной атаки.
Несмотря на попытки остановить его, Горутану мешала механическая армия.
Без ограничения якоря пространственно-временной стабилизации солдаты Хан Сяо непрерывно роились из его армейских ящиков и фабрики вторичного измерения. В настоящее время главной задачей механической армии было сдерживать и наносить урон врагам.
Боеспособность пикового Бойца выше класса А была исключительной, так что Горутану не приходилось слишком тяжко в окружении. Тем не менее механическая армия его сильно тормозила, не говоря уже о том, что со стороны на него постоянно кто-то нападал.
В хаотическом окружении, куда бы ни пошел Горутан, уничтожались тонны механических солдат.
Чувствуя боль в мышцах, заживающих от ран, полученных ранее, Горутан был раздражен.
Для любого Бойца при битве с Механиком лучшей тактикой было сокращение дистанции, но в этой ситуации он точно не хотел, чтобы Хан Сяо был рядом с ним. [Рывок — бесконечный потенциал] был слишком раздражающим для него. Из-за этого он не мог контролировать темп сражения.
Каждый раз, когда он видел Хан Сяо, прячущегося в стороне, Горутан неудержимо кричал про себя: «Не подходи ближе!»
С другой стороны, несмотря на небольшое преимущество, положение Хан Сяо было не слишком оптимистичным.
Способ борьбы Бойца не был броским. Он был чистым и прямым. Однако, когда они достигали области за пределами класса А, эта чистота трансформировалась и делала их тела неразрушимыми.
«Моя способность танковать находится на вершине среди Механиков, что в основном связано с моей сильной регенеративной способностью. Тем не менее, я не могу недооценивать регенеративные способности пикового Бойца выше класса А. К тому же его здоровье выше моего».
Бойцы обладали тонной талантов, которые давали им выносливость. Их собственный класс также давал им кучу бонусов к физическим способностям. Будучи пиком в области за пределами класса А, ни один другой класс не мог конкурировать с Бойцами с точки зрения чистого здоровья. Даже Хан Сяо и Милизаус не были исключением. Кроме того, пиковые Бойцы выше класса А также могли подавлять регенеративные способности, подобные имеющимся у него. Они были настоящими официальными танками.
До этого Сьеррону приходилось драться на бегу, и он был обременен товарищами по команде. Это был первый раз, когда Хан Сяо боролся с пиковым Бойцом выше класса А в лоб. Даже несмотря на то, что он сам был пиком в области за пределами класса А, победить Горутана не так же легко, как победить обычных Бойцов выше класса А, было абсолютно невозможно.
Они оба отчаянно сражались, в то время как далеко-далеко флот Предка Зверей наблюдал за битвой.
— Отец сражается. Стоить ли нам помочь?
На мостике командного корабля все взгляды экипажа были сосредоточены на одном из офицеров класса бедствия.
Этот человек был одним из прямых отпрысков Горутана, капитана этого флота. Его звали Байрам.
— Это битва Суперов выше класса А. Я думаю, нам не следует вмешиваться, — нерешительно сказал Байрам.
— Блэкстар здесь, чтобы отомстить. Это определённо не спарринг один на один. Битва обещает быть тяжелой для отца Мы не должны просто смотреть, как его избивают, — сказал другой офицер класса бедствия.
— Но в битвах такого габарита от нас будет мало проку. Если мы вмешаемся, мы понапрасну потеряем жизни, — Байрам нахмурился.
— По крайней мере, мы могли бы помочь. Даже соломинка может сломать спину верблюду. Мы можем понадобиться отцу.
Байрам повернулся и посмотрел на него. Как он и ожидал, в глазах этого человека он увидел пылающую страсть.
Естественно, не все дети Горутана были согласны с его способом воспитания, и в их семье было много «фракций». Хотя Горутан был их отцом, у них было много разных матерей, что привело к нестабильности внутренней структуры семьи.
Позицию, которую имели дети Горутана, можно было разделить на три типа. Байрам был нейтрален; все, что он делал, это следовал правилам и приказам. Он называл Горутана отцом, но у него не было особого чувства принадлежности к нему. Офицер, который продолжал убеждать его вмешаться в сражение, был одним из самых верных.
Пока Байрам размышлял, что же ему делать, издалека прибыл огромный флот. Его внешняя броня имела символ Предка Зверей. Это был флот, который прибыл из крепости, чтобы поддержать Предка Зверей, поняв, что что-то не так.
— Наконец-то, — с облегчением вздохнул Байрам.
Обе стороны быстро собрались, и офицеры встретились.
Поскольку подкрепление уже прибыло, Байрам больше не мог просто наблюдать со стороны. Он покачал головой и сказал:
