Все столики в просторной общей зале с выкрашенными в алый цвет потолочными балками были заняты. В основном просто одетыми купцами, среди которых богатой вышивкой ярких блуз и платьев выделялись состоятельные ремесленники. Их Морейн едва удостоила взглядом. В «Небесных вратах» поселились не меньше пяти Айз Седай, и все они сейчас сидели в общей зале. У хозяина гостиницы, мастера Хэлвина, всегда найдется комната для Айз Седай, даже если для этого понадобится потеснить прочих постояльцев. Сестры держались на особицу, почти не глядя друг на дружку, и даже те, кто по облику не сразу признавал в них Айз Седай, ясно понимали, что лучше держаться от них подальше. Мест за столиками не хватало, но рядом с Айз Седай если кто и сидел, так только ее Страж, который со стороны мог показаться обычным человеком, но достаточно было одного взгляда суровых глаз, чтобы понять свою ошибку. Одна из сидевших в одиночестве сестер была из Красной Айя — Стражей у Красных не было.
Заткнув перчатки за пояс и перекинув плащ через руку, Морейн двинулась к каменной лестнице в дальнем конце залы. Не спеша, но и не мешкая. Глядя прямо перед собой. Ей незачем было видеть безвозрастные лица или блеск золотого кольца в виде змея, глотающего собственный хвост.
Каждый раз, проходя рядом с другой сестрой, она чувствовала в женщине способность направлять Силу, ощущала ее мощь. Здесь никто не сравнится с ней. Морейн могла чувствовать их способность, но и они могли почувствовать ее. Они провожали ее взглядами, а Морейн казалось, будто они касаются ее пальцами. Никто ее не остановил. Никто не заговорил с нею.
Но стоило Морейн дойти до лестницы, как позади раздался женский голос:
— Ну и ну! Вот так сюрприз!
Быстро повернувшись, Морейн с трудом сохранила на лице спокойствие и тут же присела в реверансе — как и положено не слишком родовитой даме приветствовать Айз Седай. Точнее, двух Айз Седай. Встреча с любой из этих одетых в неяркие шелка женщин в намерения Морейн никак не входила. А тут — что за невезение — наткнулась разом на двух!
Белые пряди в длинных волосах меднокожей Ларелле Тарси придавали особую строгость ее элегантному облику. Морейн хорошо ее помнила — Ларелле не раз занималась с нею, и когда Морейн ходила в послушницах, и когда уже стала Принятой. И еще Ларелле славилась умением задать такой вопрос, услышать который тебе хотелось менее всего. Еще хуже — толстуха Мериан Редхилл, ее седеющие волосы были собраны в узел на затылке, и безвозрастные черты скрадывало по-матерински строгое выражение лица. При Тамре она была Наставницей Послушниц и, если надо было, всегда узнавала то, что больше всего хотелось утаить. Ларелле по сравнению с ней показалась бы просто слепой. Обе красовались в вышитых виноградными лозами шалях, и шаль Мериан была украшена голубой бахромой. Морейн тоже принадлежала к Голубой Айя. Это могло иметь значение. А могло и не иметь никакого значения. Странно было видеть их вместе — у Морейн сложилось впечатление, что друг дружку они не особенно любят.
К несчастью, по Силе обе Айз Седай превосходили Морейн, хотя со временем она и станет сильнее их, но из-за существующей разницы ей придется если и не подчиниться им, то считаться с ними. Впрочем, они не вправе ставить ей препоны — что бы она ни делала. В этом отношении обычай соблюдали строго. Если только они не участвуют в поисках, начатых Тамрой, и та не рассказала им о Морейн. Приказы Амерлин должны исполняться прежде всего, они превыше всех неписаных правил. Но стоит прозвучать здесь неверному слову, как среди сидящих в зале сестер разойдется весть, что Морейн Дамодред почему-то путешествует под чужим именем, и слух как пить дать быстро дойдет до ненужных ушей, и уж наверняка яду в этих шепотках будет предостаточно. Уж таков мир. А потом — и очень скоро — Морейн получит распоряжение возвратиться в Тар Валон. Она открыла рот, решив опередить события, но кто-то заговорил раньше нее.
— Ни к чему ее проверять, — обернувшись к двум Айз Седай, скрипучим голосом произнесла сестра, сидевшая за столиком одна. Стройную русоволосую сестру из Коричневой Айя звали Фелана Бевайн, именно она приметила Морейн, едва та появилась в гостинице, и затеяла разговор. — Говорит, ей не хочется отправляться в Башню. Упрямая, хоть кол на голове теши. Да и скрытная к тому же. Можно подумать, всем известно о каком-то дичке, вдруг выросшем в захолустном кайриэнском Доме! Но это дитя ни с кем не желает делиться своей тайной.
Ларелле с Мериан посмотрели на Морейн: Ларелле — выгнув задумчиво тонкую бровь, а Мериан явно пряча улыбку. Большинство сестер недолюбливали дичков, или дикарок, — женщин, которые самостоятельно, без помощи в Белой Башне, научились направлять Силу и остались при этом в живых.
— Истинно так, Айз Седай, — осторожно промолвила Морейн, чувствуя облегчение от того, что кто-то другой начал разговор. — У меня нет никакого желания становиться послушницей.
Фелана не мигая уставилась на Морейн, но вновь обратилась к двум сестрам:
