– Василиса, Снегурочка, вы, что, не понимаете, что она высохнет, и никакие вёдра воды не помогут?! Нужно снять её с этого дерева! Где тут у вас можно меч хороший достать, чтобы цепи разрубить?
– Хм… у моего отца много оружия с тех времён, когда он богатырём был, такой меч у него должен быть… – ответила Василиса Премудрая.
– Ну, тогда что же стоишь? Иди к отцу и попроси меч, а мы со Снегурочкой поможем Улите продержаться, пока ты ходишь… – сказала Светлана, Василиса убежала, а Светлана со Снегурочкой поливали водой Улиту, а за одно знакомились.
– А ты кто такая, девица? – спросила нежным голосочком Снегурочка.
– Светлана я, я хочу порядок тут у вас в Абалаке навести! А ты, милая Снегурочка, почему тогда подарок Марьи Моревны не приняла и так рассердила её? – поинтересовалась Светлана.
– Да, честно, без злой мысли, я ко всем стараюсь быть доброй, не взяла эту шубу у Марьи Моревны, только потому что мне дедушка мой Мороз запретил с ней дружить, сама не предполагала, что столько горя из такой мелочи получится… – со слезами объяснила Снегурочка и ещё хуже побелела, совсем, как снег.
– Не печалься, не плачь, ты не виновата, пробьёмся, расколдуем всех, найдём на Марью Моревну управу! А как Улита на дереве оказалась? – успокоив милую снежную девчушку, спросила Светлана.
– Да Улита со мной и Василисой дружит, как Марья Моревна так обошлась с Василисой, рассердилась на окаянную ведьму Улита и решила отомстить: за косу в воду затащить, а силы-то у Марьи Моревны больше, вытащила её на сушу и приковала к дереву цепями, чтобы погибла Улита… – объяснила Снегурочка.
Тут появились Кощей с Василисой, Кощей взял меч, со всей силой ударил по цепям, взял русалочку на руки и пустил в озеро.
– Ну, в здравии будь, девица красная Светлана, помогла сейчас ты дочери моей и её подругам, не пужайся вида моего худощавого старческого безобразного, это колдовство Марьи Моревны, что в «Кощея» меня превратила, а я ещё не стар, силушка во мне по-прежнему богатырская, я же на самом деле царь Иван, был когда-то Иваном-царевичем, пока отец мой царь Святогор к Богу не отошёл…
Светлана поклонилась слегка Ивану Святогоровичу и молвила:
– Скажите, Иван Святогорович, ведь не дело терпеть то зло, что Марья Моревна натворила со своим отцом Мором, может, вы подскажите, как нам правду восстановить, добро в Абалак вернуть?
– Ой, девица Светлана, это очень трудно, не потянешь ты войну с ними, даже не начинай. Дело в том, что и магия Мора и Марьи Моревны сильна, справиться с ними можно только Агриковым мечом, никак иначе, а где он, никто и не слыхал, и духом не знал никогда. Ну, ты на всякий случай спроси у трёх богатырей, что служат мне, Илью Муромца, Добрыню Никитича и Алёшу Поповича, вдруг они помогут…
Светлана отвела взгляд светло-зелёных акварельных глаз в сторону, поправила нервно свои мелированные светлыми прядями волосы, подумав: «Ну, не знаю, что из этого получится, добро ли, иль хуже только сделаю, но надо хотя бы попробовать для начала этот Агриков меч достать, а там уже дальше что-то делала, сбежать из Абалака и бросить всех новых друзей в беде – последнее дело уж…».
– А где же мне найти трёх богатырей, государь Иван Святогорович? – спросила почтительно, но решительно Светлана.
– Дело это, девица, не хитрое, они втроём дозор вокруг Абалака держат, Василиса тебе дорогу покажет… – ответил Иван Святогорович, заколдованный в Кощея.
Василиса лягушкой обернулась, быстро-быстро поскакала, а Светлана за ней побежала…
… Баба Яга подошла к Кощею, поправила платочек расписной и тихо спросила:
– Милый-милый родной мой Иван, как ты думаешь, сможет Светлана расколдовать нас обратно из бабы Яги, Кощея и царевны-лягушки в Марью-искусницу, царя Ивана и Василису Премудрую, или придётся нам век свой земной такими безобразными корягами доживать?
– Марья, жёнушка любезная, я верю, и не перестану верить до конца, что мы вернём себе свой истинный облик и будем счастливы! – воскликнул Иван Святогорович и со слезами в глазах запел:
«Какая ж Марья без Ивана?
Какая ж песня без баяна?
Какая ж без Христа душа?
Какой Тобольск без Иртыша?»…
…А тем временем у главных ворот в Абалак Светлана увидела трёх богатырей. То, что это они, не могло быть никакого сомнения, потому что, во-первых, они были втроём, во-вторых, были одинаково одеты и вооружены: в кольчуги, шеломы, пояса с мечами и палицами кожаные портки и сафьяновые сапоги, будто все три здоровяка сошли с картины Васнецова «Три богатыря».
Василиса тут же из лягушки девушкой стала и произнесла, поправляя изумрудный сарафан да малахитовый кокошник:
– Всё, Светлана, вот и три богатыря. Тот муж средних лет с русыми короткими волосами и русой бородкой, что первым едет – Добрыня Никитич, тот крепкий пожилой ратник с длинной каштановой бородой и карими глазами, что посередине – Илья Муромец, а третий юноша с голубыми очами и лёгкой светлой щетинкой – Алёша Попович…
Алёша Попович обаятельно улыбнулся и приветливо пошутил:
