Его внимание привлекло что-то тёплое у ног. Когда он взглянул вниз, то заметил свернувшегося клубочком кота, который безмятежно спал, совсем не заботясь о боли, терзающей своего хозяина. Рядом с подушкой лежала мышка. Её крошечное тельце едва заметно поднималось и опускалось при каждом вздохе.
Алексарион медленно повернул голову и заметил свою сестру. Она сидела на стуле рядом с его кроватью, видимо проведя здесь всю ночь. Её голова была опущена на грудь, волосы слегка растрепались, а в руках она сжимала книгу, которую, судя по всему, читала до того, как её одолел сон. На краю стола стояла чашка с каким-то лекарством.
Когда он начал двигаться, мышка, словно почуяв это, тут же проснулась. Её маленькие глазки засияли, и она забегала вокруг него, радостно издавая писклявые звуки, которые, казалось, заполнили всю комнату. Лиана, пробудившись от шума, подняла голову. Увидев, что брат очнулся, она мгновенно вскочила и бросилась к нему. Обняв его так крепко, что он почувствовал резкую боль. Она не могла сдержать эмоций — в её глазах одновременно читались тревога и облегчение.
Сестра, сияя от волнения и счастья, с радостными криками выскочила из комнаты, чтобы найти маму и поделиться долгожданной новостью о пробуждении брата. Алексарион, улыбаясь её безудержной энергии, вздохнул и направил своё внимание на кота. Тот, как будто чувствуя себя центром вселенной, развалился на кровати. Алекс начал чесать его в тех местах, которые он особенно любит, вызывая у животного моментальное выражение блаженства. Его урчание разливалось по комнате, словно тихая мелодия, а глаза закрывались от удовольствия.
Вскоре в комнату вошла мама, которую привела сестра. Она подошла к кровати сына, и её лицо озарилось смесью облегчения и заботы. Было видно, как уходят следы тревоги, уступая место радости. За её спиной Лиана с горящими глазами наблюдала за происходящим, явно гордая тем, что первой принесла новость.
Элира аккуратно склонилась к сыну и заключила его в объятия. В её глазах мелькало выражение, которое Алексарион с детства видел на её лице каждый раз, когда она беспокоилась о нём.
— Как ты себя чувствуешь? — её голос был мягок, хотя в нём проскальзывало беспокойство, а взгляд скользил по его лицу, как бы пытаясь уловить малейшие признаки его состояния.
Алекс, чувствуя тепло её объятий и заботу, на мгновение забылся, но боль настойчиво напомнила о себе.
— Уже лучше, — тихо говорит он. Однако после короткой паузы добавляет: — но всё равно не хорошо. Чтобы не волновать маму, он пытался подобрать правильные слова — честные, но такие, которые не добавили бы ей лишней тревоги. Его сердце сжималось от желания успокоить её, несмотря на собственные страдания.
— Всё будет хорошо, — говорит мама, и её слова наполняют комнату спокойствием.
Элира отпускает сына только тогда, когда убеждается, что ему стало легче. Погладив его по голове, она отправляется на кухню готовить еду и лекарства. Лиана, дождавшись, пока мама уйдёт, садится на край кровати и внимательно смотрит на брата. Её взгляд полон невысказанных вопросов. Казалось, она пытается понять, что же произошло на самом деле и что привело его в такое состояние.
Мышка ловко запрыгивает на её колени, усаживаясь уютным комочком. Сестра осторожно проводит пальцами по её мягкой шерстке, а затем, не выдержав напряжения от собственных мыслей, задаёт тот вопрос, который витал в воздухе с момента возвращения брата домой.
— Что же там случилось? — её голос был тихий, но полон искреннего интереса и тревоги.
Алексарион тяжело вздохнул, глядя на сестру, и начал рассказывать всё, что произошло. Он описывал, как они отправились за цветами. Лиана внимательно слушала, и её глаза расширялись от удивления и волнения. Каждый момент его рассказа — от того, как они покинули деревню, до появления огромных пчёл — отзывался в её сердце тревогой. С каждым новым словом, оно сжималось всё сильнее, словно предчувствуя весь ужас того, что произошло.
Когда он дошёл до части о встрече с гигантским шмелем, который решил, что они вторглись на его территорию, Лиана невольно задержала дыхание. Он описывал, как огромное насекомое кружило вокруг, угрожая своими массивными крыльями и страшным жужжанием, а потом — как Мира его сразила.
— Я не могу поверить, что вы столкнулись с такими испытаниями, — прошептала сестра, её голос дрожал от переполнявших эмоций. — Вы настоящие герои.
Мышка перебралась к Алексу и, забравшись на его грудь, устроилась там, свернувшись калачиком и прижавшись к нему всем своим маленьким тельцем, как будто стараясь передать ему своё тепло и поддержку.
Когда мама вернулась с едой и лекарством, Алексарион почувствовал, насколько важны для него забота и поддержка близких. Тёплая еда, несмотря на его усталость, принесла ему чувство уюта и комфорта, словно впитывая в себя всю ту заботу, с которой она была сделана. Лекарство было горьким, но оно напоминало ему, что каждый глоток — это шаг к выздоровлению и восстановлению сил.
