Оставшуюся часть дня он провёл в постели, наслаждаясь покоем, который был ему так нужен. Лиана и Элира время от времени заходили к нему, принося еду, спрашивая, как он себя чувствует, или просто садились рядом, чтобы поговорить. Сестра рассказывала ему забавные истории, а мама делилась своими мыслями о том, как он скоро поправится.
По мере того как день переходил в вечер, Алексарион начал ощущать, что его силы постепенно возвращаются. Боль, которая вначале казалась всепоглощающей, теперь отступала, оставляя лишь слабое напоминание о прошедших испытаниях. Усталость, сковывавшая его тело, медленно таяла, и он уже мог наслаждаться облегчением, осознавая, что худшее осталось позади. С каждым часом он чувствовал, как жизнь снова возвращается в его тело, наполняя его надеждой и готовностью двигаться вперёд.
На следующий день, когда Алекс почувствовал себя достаточно окрепшим, чтобы покинуть дом, он направился к своему любимому месту. Оно всегда было для него источником покоя и возможностью побыть наедине со своими мыслями. Сидя на лавке у воды, он глубоко вдыхал свежий воздух. Тишина вокруг была успокаивающей; только лёгкий ветерок колыхал воду, создавая мягкие волны на её поверхности.
Его размышления неожиданно прервал приятный сюрприз — к нему пришли его друзья, Дэниел и Гримсток. Их появление было радостным и неожиданным, но в то же время столь своевременным.
— Как ты себя чувствуешь после всего этого? — спросил Дэниел, присаживаясь рядом.
Гримсток кивнул, соглашаясь с вопросом друга, и его лицо выражало ту же тревогу за состояние друга.
— Лучше, намного лучше, — с улыбкой ответил Алекс, чувствуя, как поддержка друзей ещё больше помогает ему восстановиться.
— Мы только что были у Мирона и Миры, — сказал Дэниел. — Они сказали, что им уже лучше.
Услышав эти обнадёживающие новости о своих друзьях, Алексарион не смог сдержать улыбку:
— Рад это слышать.
Проведённое время было наполнено смехом, лёгкими шутками и обменом историями, которые казались бесконечными. Они вспоминали свои прежние приключения, обсуждали планы на будущее, строили новые мечты и делились тем, о чём мечтали, когда все испытания останутся позади. В окружении дружеской поддержки он чувствовал, как оживает не только его тело, но и дух.
Но, как и всё хорошее, их время вместе подошло к концу. Дэниел первым поднялся с лёгкой улыбкой на лице, но с явным сожалением, что им нужно уходить.
— Нам пора, — сказал он. — Но мы скоро вернёмся, чтобы проверить, как ты.
Гримсток кивнул, поддерживая друга:
— Выздоравливай и помни, что мы всегда рядом, если тебе понадобится помощь.
После их ухода он ещё некоторое время сидел у озера, вдыхая свежий воздух и наблюдая за гладью воды. С улыбкой на лице и новыми силами он медленно встал со скамейки и направился домой.
Когда наступило утро следующего дня, Алексарион ещё крепко спал, погружённый в сладкий сон, восстанавливающий его силы. Но сон был прерван сестрой. Лиана разбудила его своим настойчивым голосом:
— Просыпайся! Мирон и Мира пришли тебя навестить!
Алексарион медленно поднялся с кровати, потянулся, стараясь прогнать остатки сна, и почувствовал, как его тело постепенно оживает после долгого отдыха. Краем глаза он заметил Лунию, которая грелась в лучах утреннего солнца на окне. Её шерсть мягко сияла в солнечном свете, и, подойдя ближе, он не смог сдержать улыбку.
— Привет, как ты тут? — спросил он, нежно погладив её по голове. После этого он оделся и вышел на улицу.
Там, неподалёку, он увидел своих друзей, которые оживлённо беседовали друг с другом. Их голоса прерывали тишину утра, и, когда он подошёл ближе, их лица моментально озарились улыбками.
Мира первой заметила его приближение. Её глаза вспыхнули радостью, и она тут же поприветствовала его. В её голосе звучала искренняя забота, и было видно, что она действительно рада видеть его на ногах:
— Алекс! Как ты себя чувствуешь?
— Привет! Мы так рады, что ты уже на ногах! — сказал стоящий рядом Мирон. Его тон был полон ободрения и поддержки, отражая, насколько ему важно благополучие друга.
— Привет! Как приятно вас видеть, — с теплотой в голосе ответил Алексарион, а его улыбка была широкой и искренней, отражая неподдельную радость от встречи с друзьями.
— Нам нужно вернуться на поляну. Если оттуда улетели пчёлы, то цветы без них погибнут, — сказала Мира с ноткой тревоги в голосе. Её глаза блестели решимостью, и по её тону было понятно, что она готова действовать немедленно.
— Тогда они в любом случае погибнут, — ответил Мирон, смотря на ситуацию более пессимистично. Он предполагал, что без пчёл шансов на спасение цветов практически не осталось.
Мира мгновенно отреагировала на слова брата. Её глаза вспыхнули негодованием, и она бросила на него сердитый взгляд, недовольная его пессимизмом.
— Скажи ему! — воскликнула она, обращаясь к Алексариону с явным ожиданием, что он поддержит её. В её голосе чувствовалась смесь надежды и упрямства.
