Легенды Этшара [7 книг] полностью

Сараи задумчиво качала головой. Никто, кроме демонолога, не может определить, что требуется другому демонологу. Возможно, здесь кроется ответ, но девушка его не знала, она была не знакома с искусством так называемой черной магии.

А что, если в основе дела лежат какие-то иные мотивы? Показания, которые заслушивал в данный момент отец, несколько изменили ход мыслей Сараи, и она подумала о том, что Каллиа — достаточно привлекательная женщина, а Геремон — весьма представительный мужчина. Может быть, между ними существовали романтические отношения или просто сексуальная связь? Во время допроса ни одна из сторон не упомянула о наличии супругов.

Но и Каллиа, и Геремон имели в своем распоряжении достаточно средств, чтобы не прибегать к воровству или оговору.

Если Геремон все же вор, то зачем ему ломать дверь и вообще действовать так неуклюже? Конечно, опытом взломщика он не обладает, но чародей не дурак, иначе он не стал бы магом. Это звание присваивалось чародеям, доказавшим свои способности, воспитавшим нескольких учеников и овладевшим многими заклинаниями.

Но если это не Геремон, то кто? Неужели Каллиа взломала собственную дверь и прикончила своего бесенка только для того, чтобы имитировать ограбление? Убийство демона не пустяк, особенно для демонолога, которому по роду своих занятий постоянно приходится общаться с другими демонами.

Сараи еще раз обдумала ситуацию. Когда заседание суда завершилось, она и отец вернулись в свои апартаменты. Калтон Младший и его нянька уже ждали их, ужин подали без задержки. Закончив трапезу, Лорд Калтон сел рядом с сыном, чтобы рассказать ему на сон грядущий какую-нибудь историю. В обычной ситуации Сараи осталась бы с ними — она обожала сказки, а отец был великолепным рассказчиком, — но сегодня у нее были иные планы. Накинув дорожный плащ, она направилась к двери.

Отец удивленно поднял на дочь глаза:

— Ты куда?

— Мне надо кое-что проверить, — ответила та.

Калтон Младший раскашлялся. Он родился недужным ребенком и постоянно страдал от какой-нибудь напасти. Сараи же, напротив, была крепкой молодой девушкой, вполне способной за себя постоять.

— Хорошо. Но будь осторожной, — произнес Лорд Калтон и, повернувшись к сыну, продолжил: — Итак, Валдер — сын короля берет свой магический меч…

Сараи тихонько прикрыла за собой дверь. Через несколько минут она уже скакала на одной из лошадей Верховного Правителя по Улице Малых Ворот в направлении Восточного Конца к Улице Чародеев.

Лорд Калтон, побарабанив пальцами по подлокотнику кресла, сердито произнес:

— Итак, пройдемся по делу еще раз. Демонолог, объясните нам, что здесь происходит.

— Рандер с Южной Косы, с вашего позволения, Милорд, — представился демонолог с легким поклоном, чуть приподняв полы своей длиннющей мантии.

— Меня не интересует ваше имя, — загремел Лорд Калтон. — Я спросил, что здесь происходит! Ограбил чародей Геремон демонолога Каллиа Сломанную Руку или нет?

Льстивую улыбку мгновенно смыло с лица Рандера. Неуверенно оглядев присутствующих, он сказал:

— Милорд, мое искусство подсказывает, что Каллиа говорит правду так, как ее видит.

— И?.. — спросил Лорд, сопровождая вопрос суровым взглядом.

— То же самое справедливо и в отношении Геремона Мага, — с видимой неохотой произнес демонолог.

— И вы не способны разрешить это противоречие?

— Нет.

Лорд Калтон презрительно фыркнул и обратился к пышной даме в зеленой мантии:

— Вас я знаю, вам уже приходилось свидетельствовать на суде. Мерет Золотые Двери, не так ли?

— Да, Милорд. — Чародейка склонила голову в вежливом поклоне.

— Слушаю вас.

— Милорд, — начала женщина приятным контральто, вызвавшим зависть у Сараи. — Мои заклинания, как и искусство демонолога, принесли путаные и противоречивые результаты. Я тоже пришла к выводу, что Каллиа и Геремон говорят правду так, как ее видят. Более того, я не смогла обнаружить у них никаких аберраций памяти. Я использовала заклинание Прозрения, чтобы увидеть сцену преступления собственными глазами. Я увидела именно то, на чем настаивает Каллиа, а именно Геремона, уносящего золото и другие предметы. Но другое заклинание сказало мне, что и Геремон не лжет. Боюсь, что здесь замешаны весьма могущественные магические силы.

Калтон обернулся к Окко:

— Что теперь будем делать?

Окко немного помолчал и с несчастным видом начал:

— Может быть, волшебник…

Сараи кашлянула. Лорд Калтон бросил на дочь вопросительный взгляд:

— Ты, Сараи, хочешь что-то сказать?

— Милорд, — начала она, в глубине души наслаждаясь изумлением отца, услыхавшего от дочери официальное обращение, — я провела небольшое самостоятельное расследование, и не исключено, что способна сэкономить время суда и предотвратить дальнейшие осложнения, объяснив, что, по моему разумению, произошло в действительности.

— В таком случае говори, — с легкой улыбкой произнес Лорд Калтон.

— По-моему, в деле нет ничего сложного.

Девушка замялась, ею вдруг овладело смущение. А что, если она ошибается? Министр больше не улыбался, теперь он взирал на дочь с хмурым удивлением. Сараи глубоко вздохнула и продолжила: