Затем раздался удар гонга, и Вика проснулась. Резко откинув одеяло, Вика ошарашенно и бестолково смотрела на свои ноги, которые к счастью были на месте и все такие же стройные.
Возле раковины стояла высокая девушка и чистила зубы. Её пёстрая, развесёлая пижама с медвежатами и слониками, совершенно не вписывалась в этот убогий, обшарпанный интерьер. Почистив зубы и умывшись, соседка жестом пригласила Вику, сделать тоже самое.
— У меня щётки нет, — с досадой ответила Вика.
Девушка округлила глаза
— Ты русская?! — радостно воскликнула она.
— Да, — ответила Вика.
Девушка села на соседнюю кровать
— Наконец-то! Сколько сижу здесь, впервые родную речь услышала. Я Варя. Можно Варяг, меня все так зовут, — пробасила она.
Девушка была на редкость брутальная, высокая с широкими плечами и низким, хрипловатым голосом, но называть её Варяг у Вики точно язык не повернётся.
— А тебя-то как зовут? — спросила Варя, прервав недолгую паузу.
— Меня Вика зовут. А ты давно здесь находишься?
— Вечность! А точнее двадцать четыре дня, — выпалила Варя и достала из тумбочки блокнот с разноцветными листами, где она записывала проведенные в плену дни.
Вика с ужасом представила, что ей придётся находиться здесь столько же или больше.
— А вчера, когда меня привели сюда, ты где была? — спросила Вика
— В одиночке сидела, — с лёгкой бравадой ответила Варя. — Тёмная, пустая комната размером два на два. Я несколько часов там была. А после ужина меня выпустили.
— Ого! А за что ты там сидела?
— За то, что толкнула одного из охранников. Утром я была на допросе у Рингора, а потом эти ушлёпки в чёрном, повели меня домой. Ну, в смысле сюда, — хрипло рассмеялась Варя и закашляла. — Один нормально меня держал, а другой своей клешней больно руку сжал. Я как развернулась и как врезала ему локтем под дых. Они меня тут же повязали и бросили в каземат. Отсидела я там от звонка до звонка, прихожу домой, а здесь новенькая, на моей кровати спит.
— Ой! Я не знала, что это твоя кровать. Здесь никого не было, когда меня привели, — пожала плечами Вика.
— И Сандрины не было? — удивилась Варя.
— Никого не было, — повторила Вика.
— Значит она на допросе была. Рингор подозревает, что Сандрина из семьи жреца. Если это так, то живой она отсюда не выйдет.
— А как Рингор определит из какой она семьи? Или ей агент рассказал? Мне агент, вообще ничего не рассказывал, — с нескрываемой досадой сказала Вика.
— Не знаю, говорил ей агент что-нибудь или нет. С Сандриной мы жестами общаемся. Она француженка. А я по-французски ни бэ, ни мэ, — махнула рукой Варя. — Это Рингор у меня всё выспрашивал, мол что Сандрина о себе рассказывала? Из семьи жрецов она или нет? Он же тупой этот Рингор, думает раз мы все из Алталы, значит говорим на одном языке. Тупой и ушлый сморчок, всё боится в цене выкупа прогадать.
Вика вспомнила алчный взгляд старикашки на допросе и мысленно согласилась с утверждением Вари.
— А сейчас где Сандрина? — спросила Вика.
— Ну, тут три варианта. Или на допросе, или в каземате, или в цирке, — хмыкнула Варя.
— В цирке?! — переспросила Вика.
— Ну, там у них что-то вроде цирковой арены есть с высоченными стеклянными стенами. Очень они любят нас закрывать на этой вонючей арене. Ещё ор какой-нибудь врубят, чтоб кровь из ушей хлынула. И пялятся в мониторы, как мы там корчимся. Меня три раза закрывали в цирке.
Первые два раза там иллюзии были — кишащие по полу змеи. Мне даже смешно было. Они, что думают я картинки ихние испугаюсь? Я села у стены, а они ползают вокруг меня и как бы даже кусают, но это ж галлюцинация.
— Голограмма, — поправила Вика.
— Да-да, голограмма, — кивнула Варя. — Мне такие фокусы агент показывал. У них в Эвере, кругом эти голограммы. Ничего настоящего. А второй раз, когда они закрывали меня в этом цирке, там собаки были огромные, штук двадцать, если не больше. Хоть и голограмма, но жутко было, особенно когда они окружили и брешут так, что аж пена из пасти валится.
А вот третий раз, когда я на Рингора наорала и меня снова в цирке закрыли, вот тогда всё по-настоящему было. Там посередине, штука такая поднимается, круглая чёрная, ну что-то вроде… — Варя пыталась подобрать нужное слово.
— Что-то вроде лифта? — подсказала Вика.
— Да, точно вроде лифта. Он в середине арены встроен. И вот из этого лифта, когда я третий раз там сидела, вышел такой бычара, ты не представляешь! Три на три метра, — Варя широко размахивала руками, показывая габариты бычары.
У чувака итак крыша свистит, так ему ещё и топор выдали. И вот представь — вонища из подвала, в динамиках на всю катушку вой и ещё этот бычара с топором нарисовался. Когда он бежал за мной, я думала, что их гнилая арена проломится. Ужас неимоверный!
«Интересно, я его громила называла, а Варя бычара», — усмехнувшись подумала Вика.
