— Штурм лучше начать ночью, — заявил Эрмир, когда они с Деланом стояли на дороге, ведущей к воротам города.
— Люди устали от перехода и подготовки, — возразил парень. — Может лучше начать утром?
— Сейчас они не готовы. Кто знает, может завтра к ним подойдет подкрепление.
Вдруг ворота Матариса открылись, но не полностью, лишь чтобы дать возможность пройти нескольким людям. Из-за бойниц на стенах тут же показались лучники, направив стрелы на противника. Делан уже дернулся, чтобы дать команду на подготовку к бою, но Эрмир схватил его за руку.
— Переговоры, — буркнул он.
К ним из города двигались два человека в красных камзолах, один был высоким и статным, второй же — низким и очень худым. Их сопровождали десять солдат в латах с копьями и боевыми штандартами Талла. Парламентеры остановились на половине пути до лагеря мятежников, на расстоянии выстрела их лучников.
— Нужно выйти к ним, — вздохнув, сказал Эрмир.
— Ты сам был против переговоров, — сквозь зубы проговорил Делан.
— У них могут быть наши пленные, хорошо было бы их обменять. У нас есть их солдаты, посмотрим, что выйдет.
Делан был не против таких переговоров. Все же у них мог быть Ульфред, брат Истры, за которого она сильно переживала. Они с Эрмиром пошли к таллийцам, предварительно выставив своих лучников. Если их убьют, переговорщикам Талла тоже достанется парочку стрел.
Мятежные командиры подошли к таллицам.
— Вы пришли захватить Матарис, — заявил высокий, держа руки сложенными на груди.
— Как ты догадался? — съязвил Эрмир.
— Это закончится множеством погибших. Вы же не думаете, что так просто возьмете целый город?
— Как раз об этом мы и думаем, — заявил Делан. — У вас есть наши пленные?
Переговорщики взглянули друг на друга и о чем-то перешепнулись.
— Есть, — сказал низкий и тощий. — Мы готовы отдать их вам, если вы…
— Мы не отступим, — покачал головой Эрмир. — Вы можете отдать нам наших людей в обмен на ваших и облегчить себе судьбу. Я так понимаю, что вы не намерены сдавать город без крови. Если вы сдадитесь, мы обещаем вам, что никто из таллийских солдат и командиров не пострадает, мы отпустим их.
— А мы, значит, останемся вашими пленниками? — поднял брови выский.
— Вы эрлы?
— Именно.
— Тогда да.
— Хреновые у вас условия. Мы можем казнить пленных мятежников, а трупы их вывесим на стене, чтобы мешали вам взбираться. Ваше жалкое войско, не обученное осадному ремеслу, разобьется о наши стены. Что это у вас там, катапульта? Вы из чего ее собрали?
— Ошибаешься, гнусная тварь, — процедил Эрмир. — Парни за моей спиной обучены осаде лучше вашего, а эта катапульта пробьет ваши стены в то время, как таран проломит ворота. Сейчас мы обсуждаем обмен пленными, а не то, как мы возьмем город, который мы, без сомнения, возьмем. Так что, обмен?
Эрлы Талла задумались и стали перешептываться. Делану все больше хотелось прирезать обоих прямо сейчас. Или разбить им головы как тому эпарху.
— Обменяем пленных, — заявил высокий. — Завтра утром.
— Нет уж, — возразил Эрмир. — У вас час, пока небо окончательно не почернеет. До тех пор вы можете получить обратно своих солдат, чтобы снова пустить их на убой. Вам это не поможет, но у парней хотя бы будет шанс. До встречи в бою.
Сказав это, Эрмир развернулся и пошел обратно в лагерь.
— Ждем решения, — закончил разговор Делан и отправился за тестем.
— Они знают, что не выстоят, — говорил Эрмир, — так что пополнение в виде пленных будет им очень кстати. Они совершат обмен, я так думаю. А если нет… Что ж, ударим.
Время пошло, все ждали, что ворота города снова откроются и к ним выведут пленных, но этого не происходило. Делан начинал думать, что пленных у них и вовсе нет. Больше него переживала только Истра, которую успокаивал Герин. Он обнимал ее, и Делан только сейчас заметил, что они с ней сблизились. Его голова постоянно была забита мятежом, да настолько, что он перестал замечать такие вещи.
Вечер окончательно перешел в ночь, небо окрасилось в черные цвета.
— Ну все! — крикнул Эрмир. — Обмена не будет, готовимся к штурму!
Из лагеря донесся радостный вопль, зазвенело оружие.
— Может еще немного подождать? — спросила Истра. — Подождем, они обменяются. Ульфред…
— Истра, мне жаль это признавать, но он, скорее всего, погиб, — сказал ей Делан, совершенно не испытав при этом никаких эмоций. И ему от этого стало не по себе. Сейчас его голова была занята предстоящим штурмом. Конечно он не собирался, как обещал матушке, стоять позади и лишь руководить. Он намеривался пойти в бой первым.
Затрубили рога, и мятежники начали подготовку. Вперед вынесли деревянные заслоны, за которыми прятались лучники. Катапульту зарядили камнями, не достаточно большими, чтобы проломить стену, но в этом и был смысл. Эрмир хотел бить по верхней части стены. Лестницы вынесли вперед и выстроились в ожидании команды. Таран, который представлял из себя большое бревно на веревках для раскачки, прятали под деревянным навесом, который несли два десятка человек, среди которых Делан заметил Энсдери и Войцека.
— Стрелы наложить! — крикнул Делан, когда лучники заняли свои позиции. — Зажечь!
