Наконец-то я мог не сдерживать свой голод, а открыть эту ненасытную чакру, желавшую вытянуть всю магию из окружающего пространства. Я со свистом поглотил защиту скафандров оставшихся рыбин. Правая рука Полуночницы покрылась черной корочкой и повисла плетью, но она превратила свой зонт в меч и одним движением левой руки распорола рыбинам костюмы на брюхе. От ее тела исходил такой жар магии, что я еле сдержался, чтобы не присосаться к нему.
Несмотря на то, что из скафандров толчками выливалась вода, одна рыбина упала на меня, сбив с ног, и, извиваясь, поползла к занавеске, за которой прятались остальные. Вторая прикладом автомата выбила у Полуночницы меч. Неосторожное нажатие курка, и полки с чаем и кофе обратились в звенящий поток стекла, зерен и чаинок.
Но рыбы явно не привыкли пользоваться человеческим оружием, иначе давно просто изрешетили бы нас и забрали Юлю. Или им не отдавали приказа на такой случай? Я схватил рыбину за ботинок, пытаясь остановить ее, но она начала брыкаться, и автомат, который все еще был привязан к ее пузу, выдал короткую автоматную очередь, пробивая стойку бара.
Юля, не дожидаясь, пока ее вытащат из-за занавеси в зал свои или чужие, выбежала и перепрыгнула через рыбину. Полуночница сошлась со второй рыбиной, оставшейся в живых, врукопашную, а по мере того, как сама собой затягивалась дыра на скафандре, это чудище становилось все сильнее.
Я пнул меч Полуночницы Юле:
– Защищай себя! Возьми его!
Она неуверенно наклонилась к мечу и левой рукой коснулась рукояти.
Где-то вдалеке лопнула струна, и девушку выгнуло дугой. Ее глаза засветились ярким оранжевым пламенем, и она сорвалась с места. За два движения мечом с рыбами было покончено – одной Юля снесла голову, а другую с силой пригвоздила мечом к полу. Я даже не успел понять, как.
Она выпустила рукоять меча, и ее глаза вернулись в норму. Проморгавшись, девушка удивленно посмотрела на меня и рухнула навзничь, потеряв сознание.
– Что это было? – во рту резко пересохло, и я почувствовал дикую слабость.
– Я не знаю, – Полуночница покопалась в сумке на поясе, вытащила флакончик из голубого стекла и, зубами свинтив пробку, опрокинула его в себя. – Не хочу этого признавать, но сейчас нам может помочь лишь одна личность.
От зелья маны ее волосы заискрились. Вдох, она простерла перед собой здоровую руку и что-то прошипела. Мой желудок сжался, и свет в помещении резко сменил оттенок на голубой. Стихли звуки улицы.
– Что здесь происходит? – Яра решительно вышла из заднего помещения и даже не отшатнулась, увидев трупы на полу. – Кто это?
Я бросил взгляд на Полуночницу и сказал:
– Магия. Мы защищали эту девушку от этих стремных существ.
– Коротко и по делу, – несмотря на всю свою невозмутимость, бариста сделала несколько шагов ближе ко мне и подальше от рыбин. – Они мертвы?
– Да. Думаю, да. Пусть лучше люди остаются на месте, хорошо?
Яра, помедлив, кивнула и скрылась за занавеской.
Я поднял Юлю на руки и положил на стол. Она дышала ровно и спокойно, но ее веки беспрестанно трепетали.
– Минут на пятнадцать, пока не приедет Блут, мы в безопасности, – Полуночница выглянула в окно. – Барьер продержится минут двадцать.
– К чему это? Разве в нашем распоряжении не вся полиция города?
– Ты еще не понял, кого мы с тобой нашли на берегу? – рыжая прикоснулась к Юлиной щеке. – Я не понимаю, как это получилось, но я уверена, что это – Янтарина Цорнская.
– Что?!
– Тихо ты, – Полуночница тыкнула меня в плечо. – Все сходится. Антимаг. Странные выбросы энергии.
– Но, если это и вправду она, разве она не должна быть суперсильной воительницей, которая тут же прижала бы весь мир к ногтю?
Полуночница закатила глаза.
– Клятве магов Шестикруга больше шести тысяч лет, все, кто знал о ней подробно, давно умерли. Она без памяти, как чистая матрица. И нам нужно сделать все для ее охраны. Тот, против кого она сражалась, уже идет за нами.
Я ощутил, как барьер на мгновение истончается, и кто-то поднимается по лестнице. Блут, одетая в длинный черный плащ с полосой алого меха у подола, вошла, глядя сквозь нас прямо на Юлю, и опустилась на колени возле стола, молитвенно сложив руки. Ее плечи дрожали.
– Я верила, что этот день настанет, но не надеялась, что на моем веку. Клянусь защищать ее ценой собственной жизни.
– С вампирами она точно будет в безопасности? – спросил я, глядя, как Блут осторожно, как хрустальную вазу, берет Юлю на руки.
– Вам придется нам довериться. Если бы не она, наша раса погибла бы много лет назад. А значит, наши жизни принадлежат ей. – Катерина набросила на голову капюшон. – Но я буду находиться рядом с ней, пока ее магическое поле не стихнет. После ей придется находиться возле своего антимага.
– Ты догадалась.
– Конечно, – усмехнулась Блут и бриллианты в ее зубах сверкнули. – Мы, вампиры, не очеловечились и не забыли то, о чем поклялась за нас всех Бенджамена Блут. Ты хочешь магии, как мы хотим крови и соли, и это явно читается в твоих глазах. Но впрочем, мне пора.
