Градский никогда не угождал поклонникам и/или журналистам. Автор документального фильма, который Первый канал снял в 2014-м к 65-летнему юбилею АБГ, Таисия жаловалась мне, что при записи беседы юбиляр на нее попросту наорал, не давал дочери Марии Александровне со съемочной группой общаться и вообще замирились они лишь спиртным на кухне. На него коллеги вообще часто жалуются. Жалуются и люди из музыкального цеха. Градскому за это порой приходится – условно говоря – платить. Помню, в эфире своей «Правды 24» беседовал с Дробышем, и Виктор меня просто сразил заявлением, что у «Градского нет хитов». После передачи я написал у себя в Facebook’е:
«Смутил меня здесь Дробыш, заявивший, что разденется в студии догола, если я назову ему 10 хитов Градского. Ведь если понимать под хитом то, что навязчиво в голове воспроизводится (ну, как тема Меладзе из “Оттепели”), то вроде как – действительно нет. И если брать более определенные дефиниции, ну, допустим, рекорды хит-парадов, то, пожалуй, вспомнится только пахмутовская “Как молоды мы были”. При этом ведь у АБГ есть целые альбомы гениальных произведений (ну, например, “Сатиры” или “Фрукты с кладбища”); однако напеть я ничего не могу, разумеется. Слушать могу часами, намурлыкать – нет. И главное – не производит Дробыш впечатления завистника. Похоже, искренен был вполне. Ясно, конечно, что Время все четко расставит по местам, по полочкам аккуратно разложит и по мордасам хлестко надает, но поговорил я с “хит-мейкером”, осчастлививших “Бурановских бабушек”, и… Много думал».
Мой экс-коллега по «МК» Олег Старухин мне тогда ответил:
«У Градского и Дробыша – разные профессии. Градский – шеф-повар хорошего ресторана, а Дробыш – главный технолог в “МакДоналдсе”. Про биг-мак знают все, но нормальные люди предпочитают не принимать там пищу, а ходить в те заведения, где вкусно. Специально погуглил, какие песни написал Дробыш (вернее, каким шедеврам приписано его авторство). Хитов – только 2. Да и те – однодневки. На “Дискотеке нулевых” в лучшем случае в пелотоне пойдут. Остальные – вообще не слышал. А ведь хитом песню можно считать лишь в том случае, когда ее знает даже такой “любитель” попсового ширпотреба, как я».
Сын Маэстро, Даня Градский, в той сетевой полемике тоже вступился за своего родителя:
«Послушав великого “хит-мейкера” Дробыша, решил узнать, какие же суперхиты он написал для других артистов, и оказалось, что хитов у него аж целых 12:
Party for Everybody – «Бурановские бабушки»
Обожженная душа – Лариса Долина
Свет твоей любви, ДаДиДам – Кристина Орбакайте
Просто любить тебя, Любовь, которой больше нет – Кристина Орбакайте и Авраам Руссо
Часики, Нежность моя, Была любовь – Валерия
Одиночество – Слава
Берега твоей любви – Виктор Салтыков и Татьяна Овсиенко
Любовь-красавица – Зара
Чужая невеста, Любовь всегда права – группа «Челси»
Я тебе не верю – Ирина Аллегрова и Григорий Лепс
Она не твоя – Григорий Лепс и Стас Пьеха
Первая любовь – Любовь последняя – Слава и Ирина Аллегрова
Только вот, не очень понимаю, как человек, который не является исполнителем своих супер хитов может вдаваться в подобные сравнения. Из 12 его песен – реальных 2 хита в исполнении Лепса, а 80 % – это вещи “поющих трусов” и раскрученное за бабки музтелеговно… Говорить о музыкальности, вокале, стихах, наверное, не стоит».
Вот такие дела. Ну и своих почитателей из числа так называемых фанатов АБГ, как, впрочем, и большинство рок-музыкантов, не сказать чтобы ценит. Понимает, что польза от них очевидна, однако дистанцию держать надо – среди этого сословия велик процент безумцев. И несдержанных дам. Известный астролог Вадим Левин, тусовавшийся на излете 60-х со «Скоморохами», вспоминал, что фанатеющие студентки срывали с себя лифчики и кидали белье прямо на сцену Градскому, игравшему зубами на гитаре, не вставая с колен. Он зажигал в полный рост. При этом девиц, ломившихся за кулисы, порой хамски отгружал: по словам Левина, мог пробросить что-нибудь язвительное про «кривые ноги». Обиженных «подбирали» менее требовательные «скоморохи». Все это было. И прошло.
Но! Но даже когда в 90-е Градский практически полностью выпал из медийного пространства, его это не обеспокоило. Порой он резко высказывался по поводу качества музыки, льющейся с телеэкранов и из радиоприемников, но в этом не было досады человека, которому не воздают должных, по его мнению, почестей. В АБГ скорее говорило оскорбленное «чувство изящного», неприятие фальши и уродства, но многие, тем не менее, трактовали его критичность как зависть к более востребованным исполнителям.
