Возмездие настигло предателя в конце августа 1937 года. По версии, распространенной среди иностранных историков, Агабеков был убит и сброшен в пропасть при переходе испано-французской границы. По легенде, его заманили участием в выгодной сделке по перепродаже вывозимых из Испании произведений искусства. Однако, по мнению П. А. Судоплатова, Агабеков был убит в Париже.
«Сообщалось, — писал он, — что Агабеков исчез в Пиренеях на границе с Испанией. Но это не так. На самом деле его ликвидировали в Париже, заманив на явочную квартиру, где он должен был договориться о тайной сделке по вывозу бриллиантов, жемчуга и драгоценных металлов, принадлежащих богатой армянской семье. Армянин, которого он встретил в Антверпене, был подставкой. Он-то и заманил Агабекова на явочную квартиру, сыграв на национальных чувствах. Там, на квартире, его уже ждал бывший офицер турецкой армии. Это был боевик, вместе с которым находился молодой нелегал Александр Коротков, позднее (уже в 50-е годы) ставший начальником нелегальной разведки КГБ СССР. Турок убил Агабекова ножом, после чего тело запихнули в чемодан, который вывезли и выкинули в море. Труп так никогда и не был обнаружен».
Существует еще одна версия, согласно которой сотрудники специальной группы выследили и ликвидировали Агабекова в Берлине, где он внезапно исчез, не оставив никаких следов. Просачивались отрывочные сведения, что последним пристанищем предателя стали мутные воды Шпрее или бетонный фундамент одного из строящихся зданий. Как бы то ни было, но возмездие нашло перебежчика, и совершенно неважно, каким был его конец, — важно, что возмездие было неотвратимым. А истинная информация об операции по его ликвидации была строжайше засекречена.
В июле 1937 года во Франции остается нелегал И. Г. Порецкий (Рейс). В Москву, объясняя свой поступок, он направил письмо с критикой Сталина и проводимой политики в Испании. Порецкий был крайне опасен в силу его информированности о нелегальных сетях Иностранного отдела в странах Западной Европы. С заданием ликвидировать перебежчика во Францию прибывает заместитель начальника 7-го отдела ГУГБ С. М. Шпигельглаз и сотрудники Специальной группы особого назначения Б. М. Афанасьев (Атанасов) и В. С. Правдин. Четвертого сентября задание было выполнено.
«Рейс, — писал Судоплатов, — вел довольно беспорядочный образ жизни, и агентурная сеть Шпигельглаза в Париже весьма скоро его засекла. Ликвидация была выполнена двумя агентами: болгарином (нашим нелегалом) Борисом Афанасьевым и его зятем Виктором Правдиным. Они обнаружили Рейса в Швейцарии и подсели к нему за столик в маленьком ресторанчике в пригороде Лозанны. Рейс с удовольствием выпивал с двумя болгарами, прикинувшимися бизнесменами. Афанасьев (назвавшийся Шарлем Мартиньи. — Авт.) и Правдин (назвавшийся Франсуа Росси. — Авт.), имитировав ссору с Рейсом, вытолкнули его из ресторана и, запихнув в машину, увезли. В трех милях от этого места они расстреляли Рейса, оставив труп лежать на обочине дороги».
Заметим, что в годы Великой Отечественной войны болгарин Б. М. Афанасьев стал одним из ближайших соратников П. А. Судоплатова по организации разведывательнодиверсионной работы в тылу врага.
А что же касается перебежчиков, то здесь стоит добавить еще немного, обратив внимание на завершающие цитату слова Судоплатова:
«В 1940 году нам через источники в эмиграции и в гестапо стало известно, что Нидермайер[11] выступает с предложением о создании в преддверии войны Туркестанского легиона — националистических мусульманских организаций для действий против советских войск. Речь шла о создании Туркестанского, Волго-татарского комитетов, Крымского центра, Азербайджанского, Северо-Кавказского, Армянского, Грузинского штабов. Таким образом, у немецких разведывательных органов были большие планы по разыгрыванию мусульманской карты против Советского Союза. <…>
Немецкая разведка, в частности бюро Риббентропа, стремилась активно использовать против нас и грузинскую эмиграцию. Сейчас этих перебежчиков воспринимают как национальных героев Грузии».
Одной из наиболее известных операций 7-го отдела ГУГБ является похищение в 1937 году руководителя Российского общевоинского союза Е. К. Миллера, сменившего на этом посту А. П. Кутепова. Чтобы на месте разобраться с деятельностью РОВС и оживить разведывательную работу, Миллер совершил инспекционные поездки в Болгарию, Чехословакию и Югославию. По итогам поездок он санкционировал нападения на советские учреждения, поджоги складов и тому подобные «мелкие булавочные уколы». Не отрицая важности проведения террористических актов, Миллер приступил к реализации стратегической задачи — подготовке кадров для развертывания партизанских действий в тылу Красной армии в случае войны с СССР. Для этого он создал в Париже и Белграде курсы по переподготовке офицеров РОВС и обучению военно-диверсионному делу новых членов организации из числа эмигрантской молодежи под руководством генерала Н. Н. Головина.
