Двадцать первого марта 1953 года П. А. Судоплатова назначают заместителем начальника I Главного управления (контрразведка) МВД СССР. С 30 мая 1953 года он становится начальником 9-го (разведывательно-диверсионного) отдела МВД СССР, созданного на базе Бюро № 1. Тридцать первого июля 1953 года после реорганизации ПГУ Судоплатова переводят во II Главное управление МВД СССР на должность начальника отдела главка внешней разведки.
Но… Но шел 1953 год, Сталин умер, в стране началась борьба за власть, а когда происходит борьба за власть, жертвы неизбежны. Двадцатого августа 1953 года Павел Анатольевич Судоплатов был уволен «за невозможностью дальнейшего использования», а 21 августа 1953 года его арестовали в служебном кабинете.
«Руденко[18], — вспоминал П. А. Судоплатов, — грубым тоном объявил мне, что я арестован как активный участник заговора Берии, целью которого был захват власти, что я доверенное лицо и сообщник Берии в тайных сделках с иностранными державами против интересов Советского государства, что я организовал ряд террористических актов против личных врагов Берии и планировал теракты против руководителей Советского государства. <…> На втором допросе <…> Руденко предложил мне дать свидетельские показания против Берии: рассказать о его плане тайного сговора с Гитлером по заключению сепаратного мира при посредничестве болгарского посла Стаменова, о привлечении “английского шпиона” Майского для установления тайных контактов с Черчиллем и, наконец, о готовившихся терактах по уничтожению советского руководства с помощью ядов».
Ни абсурдность выдвинутых обвинений, ни многочасовые допросы не сломили духа Судоплатова. Находясь под следствием, он не дрогнул, виновным себя не признал, никого не оклеветал, а терпеливо и упорно добивался справедливости.
Будучи арестованным в 1953 году, только 30 сентября 1958 года П. А. Судоплатов был осужден на закрытом заседании Военной коллегии Верховного суда СССР без участия защиты и приговорен к пятнадцати годам тюремного заключения. Все эти горькие годы он провел в камерах внутренней тюрьмы на Лубянке, затем в Бутырке, Лефортово, Крестах и печально знаменитом Владимирском централе.
Пока Судоплатов отбывал незаслуженное наказание, в Советском Союзе происходило крушение великой диверсионной империи. Воистину новым вождям были страшны все те, в ком раньше нуждались…
Находясь в тюрьме, П. А. Судоплатов не озлобился и не забыл о своей работе. «Мы с Эйтингоном, — вспоминал он, — написали Хрущеву письмо, в котором содержались оперативные предложения по противодействию только что организованным президентом Кеннеди диверсионным соединениям особого назначения — “зеленым беретам”. Наше письмо получило одобрительную оценку Шелепина, секретаря ЦК КПСС, курировавшего вопросы госбезопасности и деятельность разведки. С письмом ознакомился генерал Фадейкин, мой преемник на посту начальника службы диверсионных операций за границей в I Главном управлении КГБ. Он прислал майора Васильева во Владимир обсудить с нами организационные детали, и тот привез нам в подарок два килограмма сахара. Вот так наша инициатива привела к рождению в КГБ спецназа. Был создан учебнодиверсионный центр, подчиненный I Главному управлению».
Двадцать первого августа 1968 года, во многом благодаря настойчивости боевых соратников, П. А. Судоплатов был освобожден из-под стражи и вышел на свободу. Но прошло еще двадцать три года, когда наконец его доброе имя было полностью восстановлено.
Только в 1991 году П. А. Судоплатов был полностью реабилитирован, а умер он в 1996 году.
Он никогда не считал себя героем.
Он просто честно делал свою работу…
Есть такое выражение: «Широко известен в узких кругах». Отметая ненужное ерничество, скажу, что для разведчиков оно очень верно. Есть профессии, которые в той или иной степени связаны с обеспечением государственной или национальной безопасности. К одной из таких специфических профессий относится разведка, а точнее — нелегальная разведка. И представители нелегальной разведки именно широко известны в узких кругах. А точнее, о них знают единицы — во всяком случае, пока они выполняют свой долг.
Вообще, о разведчиках узнают по-разному. Кто-то приобретает известность после провала, кто-то — после отставки, а кто-то — и после ухода из жизни. В истории нашей страны есть примеры, когда о жизни и работе разведчика становилось известно только через много десятилетий, а то и столетий после его кончины. А о некоторых в силу тех или иных причин даже ближайшие родственники не узнают никогда. В этом нет никакого парадокса: чем успешнее действовал разведчик, тем меньше шансов, что его биография, а тем более деятельность выйдут на свет божий из-под грифов «Совершенно секретно» или «Особой важности».
