— Ашмир, не советую! — преградил путь эльфу Даргайл, на что получил приглушённый смешок.
— Ты? — удивляется эльф, продолжая смеяться. — Даже твой отец не смог противостоять против действия моих установок. Тогда что ты мне сможешь сделать? Вы фениксы вообще те ещё ублюдки. Вам всё сходит с рук! Ещё во время битвы тысячелетия, надо было чтобы драконы вас изничтожили! Так нет же выкрутились! Но сегодня я поставлю на этом точку! — произносит он, не прерывая с наследником взгляда, а затем резко бросает тому за спину. — Румис, давай!
Однако Румис не торопиться содействовать эльфу, на что получает гневный взгляд.
— Погоди-ка, Милиоль. Что ты имеешь в виду говоря подобное про фениксов? Ты же говорил мне совсем иное? Я не понимаю, — раздосадованно вырывается у того.
— Да, он вас использовал, ашмир, — хрипит Хоршель, сидя у бетонной стены. — И меня, — он смотрит на Тою, вытирающую капли крови с виска и исправляется, — нас отец шантажировал. Моя мать — человек. Он грозился убить её, если я не буду выполнять его указания.
Однако эльф не собирался сдаваться просто так. И воспользовавшись моментом, пока его внебрачный сын изливает душу, он бросает пучок магии в артефакты. Те начинают источать искры, которые постепенно соединяются в один луч.
— Ах, ты ушастый! — выпаливает Авина, а после обращается к исцелённым. — Обездвижьте его, ребят!
— Поздно! — смеётся гортанно Милиоль, всё больше открывая своё безумство. — Теперь вы с полна ответите за смерть Энны!
— Дар, это плохо, думай! — шепчет Фошес сквозь зубы.
— Я думаю! Думаю! — психует Даргайл.
— Мальчик мой! — неожиданно из толпы кидается на наследника женщина.
— Ма… — поражённо крякает тот.
— Дормиса, не время! Сейчас всё взлетит на воздух! — произносит Кориан ступая следом. Он подходит к постаменту и начинает вливать свою магию. Однако становиться только хуже. В помещении начинается черный вихрь, который с каждой секундой всё больше набирает мощь.
— Нет, это не поможет. — вдруг выдаёт Румис. — Да, отпусти же меня, мальчишка! Я знаю, что надо сделать, чтобы отключить это всё. — отпихивает он Фошеса и поравнявшись с Правителем Марадеи, добавляет, — вы там уж позаботьтесь о моей Марианне!
— Румис, мы найдём другой способ! Не смей! — кричит Кориан, с трудом пересиливая гул вихря.
— Нет. Это расплата за мои ошибки. — произносит седовласый феникс и направляет магию в камень. Вихрь начинает менять траекторию, по чуть-чуть втягиваясь в Румиса. Через некоторое время вся трёхметровая воронка всасывается в тело феникса, он бледнеет и падает. Мгновение ничего не происходит. Но потом раздаётся хлопок. Тело главы Хлагоса рассыпается снопом чёрных искр, а камень-артефакт трескается пополам.
Помещение словно покрывается коркой льда. До того холодной кажется тишина.
— Глупец пернатый! — выплёвывает Милиоль, а затем вырывается из пут. В два шага добирается до кинжала Гобши и ударяем им Фошеса прямо в грудь.
Несколько фениксов кидаются к нему, но ловят пустой воздух. Эльф растворяется в портале.
— Найти его! — скомандовал Правитель. — Хоршель, сюда!
Десятка два фениксов быстро подобрались и бросились выполнять приказ.
— Шес, — плача подлетела Авина к снежному. Его тело покрылось инеем, а губы начали синеть.
— Держись, брат! — склонился рядом Даргайл.
— Береги малышку и её сестру, — едва шевеля губами произнёс Фошес и прерывисто выдохнул.
— Что ты там медлишь, Хоршель? — рыкнул Кориан на поникшего лекаря. — Не хочешь чтобы я тебя помиловал?
— Ашмир, лучше сразу приговорите меня, потому как любое лечение тут бесполезно. Кинжал Гобши не простое холодное оружие, а мощнейший артефакт, который за мгновение до удара вошёл в свою полную силу. Когда же Румис Велхиин остановил активацию, остальные артефакты приняли на себя колоссальные остаточные эманации. Словом…
— Словом либо ты его сейчас исцеляешь, либо… — пригрозив обрубил Кориан, но того вдруг обрывает сын.
— Отец, хватит! Мама, уйми его!
И по тому как Авина взорвалась рёвом, становится ясно, что дом снежных фениксов потерял своего Наследника.
Пушистый шимми уменьшившись до нормальных размеров, тихо сел рядом с хозяйкой и начал забрать часть боли на себя. Через некоторое время это действительно немного помогло и хранительница успокилась.
К этому времени почти все фениксы пришедшие в себя после вмешательства уже отбыли и помещение значительно опустело. В таком виде оно казалось невообразимо огромным.
Весть о случившемся донеслась до Марадеи и несколько снежных во главе с Гелардом Лавиджем прибыли немедля. Позже Даргайл рассказал, что по началу отец Фошеса желал расправиться с хранительницей, обвиняя её во всех грехах. Но после непродолжительного диалога с Корианом, успокоился.
— Дар, мне надо сестру проверить. — всхлипнула Авина, выбираясь из объятий истинного, в которых до этого момента утешалась. — Они тут рядом в храме Гамату.
— Конечно пойдём. Тем более тут на более не чего делать.
— Погоди, я только уцелевшие артефакты спрячу под пространство. А то мне хвтило на сегодня проблем из-за них.
— Незачем, родная. Они уже исчезли.
— Как? — испугалась Авина.
