Оторвавшись от своего космоса, ринулся от-Сатл в миры, в далеких глубинах лежащие. И он, многообразный, чуждым почувствовал себя в среде, одними звуками наполненной. Нечто близкое к разговору людей слышалось в этом мире: слышался то хор, гармонический хор согласных звуков, а то дисгармонические звуки сливались в дикий хаос. Сначала от-Сатл растерялся. А потом он оторвал часть своего огненного сердца и бросил его в мир Аранов. И он увидел их, так как трое Аранов слетели к нему. Попросил их Сатл помочь ему поднять духов, только звуками себя обнаруживающих, и Араны согласились. Они попросили от-Сатла подождать их и унеслись в далекую бесконечность. От-Сатл остался в космосе звуков и с тоской прислушивался к ним, жалея таких слабых, таких не одаренных духов.
Прилетели Араны в ту далекую бесконечность, где была только одна материя, где не было духовного начала. Взяли они ту частицу материи, которая оказалась наиболее гибкой, наиболее приспособляющейся к среде, принесли её в космос звуков и бросили её там. И от-Сатл и Араны услышали громкие стоны, печальные вопли отчаяния: «Как близко счастье, совершенство, а мы не знаем, как войти в материю!» Не знали этого ни от-Сатлы, ни Араны, но один из последних ринулся в миры высокие могучими взмахами крыльев и поднялся к ним с быстротой во столько раз быстроту света превосходящей, во сколько раз быстрота света превосходит быстроту улитки. Вернулся оттуда Аран с духами Знания. И сказал дух Знания от-Сатлу: «Иди к своим и скажи им от моего имени: „Кто хочет подняться, пусть сначала не духом своим, а своим телом эфирным опустится. Пусть идет сюда и, войдя в материю, притянет к себе бедных духов, одни только звуки знающих“.
Быстро понесся к своим от-Сатл, но еще быстрее летевшие вслед за ним Араны взяли его в свое притяжение и помчали в сферу от-Сатлов. Он прибыл туда, и загремела его проповедь: „Если хотите подняться, вместе со мною в низы идите. Неужели не надоела вам от давности времени поблекшая красота вашей жизни? Идите в низы поднимать духов, и для вас тогда в недалеком будущем возможность подъема откроется. Упав для пользы других — сами подниметесь!“ Он рассказал им о своем полете в низы, и около него веяли в это время силы Аранов. И нашлись миллионы Сатлов, которые пожелали идти за ним в мир звуков, и бросились они в миры глубокие.
Закипел мир звуков. Входили Сатлы в частицы материи и втягивали в нее духов, звуками называемых. Но получалась дисгармония от такого объединения. И каждый из Сатлов разорвался тогда на несколько частей, и каждая такая часть, объединив около себя материю, приняла в себя и духа Звука. Но только те части от-Сатлов, которые мозгу и сердцу соответствовали, сохранили смутную память о прежнем мире высоком, и тосковали о нем, и рвались к нему новые существа, со звуками объединенные и в материю воплощенные. И всех тревожили они, зовя с собой в высоты несказанные.
А пока все воплотившиеся Звуки были перенесены полчищами явившихся Аранов в ту бесконечность, из которой их материя была взята, и там на многих планетах начали новую жизнь под именем ринов. Когда умирал рин, то его душа шла в высшую бесконечность, а часть души Сатла, оторванная от целой его души, искала на планете другие, когда-то рассеянные свои части и сливалась с ними, пока неполный дух Сатла не становился целым, и тогда он, поднимаясь над землями ринов, пролетал через свою бывшую бесконечность, становился могучим духом, и радостно встречали его под-Араны в своем чудно-прекрасном волшебно-многогранном мире, и великая область многогранных познаний открывалась перед ними.»
Кончил свою притчу Эон, и заговорили Его ученики:
«Интересное происшествие. Но сколько веков прошло с момента появления от-Сатлов в мире звуков и до момента, когда они к [под]-Аранам поднялись?»
«Думаю, что от-Сатлам было невыразимо больно разрываться на части. Уравновесилась ли эта страшная боль ощущениями, воспринимаемыми ими в волшебно-прекрасном многогранном мире?»
«Как нелегко было им терять свое „я“, дробясь телами и духом принижаясь. Разве многогранным миром можно было вознаградить за ту ужасную тоску, которую они испытывали, отрекаясь от права первородства?»
«Увидев так близко Аранов и духов Знания, не почувствовали ли они, что несправедливо устроен мир духов, рядом с высокими и низших духов вмещая?»
«Я бы не чувствовал себя ниже Аранов. Ведь я был бы инициатором спасения Звуков, я для них чем-то вроде бога был бы. И не от-Сатл инициативе Арана, а Аран инициативе от-Сатла служил».
«Все относительно: и от-Сатл, достигший мира под-Аранов, и от-Сатл, оставшийся в своем космосе, и дух Звука, — каждый в своей сфере ровно счастливы были. Так к чему же в верха рваться?»
«Пожалуй, стоило упасть, чтобы потом познакомиться с необъятным миром новых познаний».
«Как человек не проникается симпатией к бактерии и не служит ей, так и я не могу проникнуться симпатией к слабому, дикому, мелкому духу Звука».
