— А вот он тогда… твой двоюродный… брат, — она взглянула на Снейпа и продолжила: — Дело в том, что мы вчера вечером… выпили на брудершафт. В переводе с немецкого это означает «братство», ну или братание.
И спросила мысленно:
— А давай покажем?.. Должно же у него сегодня, в конце концов, быть что-то хорошее?
Гарри во все глаза смотрел, как страшный профессор с мечтательной улыбкой, которую он сам в жизни бы на его лице не представил, смотрит прямо на него…
И увидел потрясающей красоты место, двух таких знакомых людей у ручья и то, как они наклоняются к воде, как… как настоящие брат и сестра… и чувствовал причастность к чему-то удивительному и очень хорошему. И наконец стало легче, но тут же пришел страх.
Гарри вынырнул из воспоминаний «новоявленного братца» с блаженной улыбкой, которая вдруг моментально исчезла, и выдал такое, что Северус аж за голову схватился:
— Только не смейте умирать! Вы оба, слышите?!
Лия рывком обняла и прижала его голову к своему плечу, похлопывая по тощим лопаткам:
— Ну что ты, у нас совершенно другие планы. У нас собачки сидят, где не положено, охраняя непонятно какие ценности, светлых волшебников…
— Маразм косит, — закончил Снейп, получив в награду счастливую улыбку девушки, потрепал Гарри по голове.
Жесткий колючий зверь, каждый раз поднимавшийся на охоту, стоило ему увидеть мальчика, заворчал… Северус поднял глаза и увидел небольшую фигурку на каминной полке, которую он раньше не замечал. Странно, эта дребедень совершенно не в его вкусе…
«Вот как?» — удивился он, бросая ее в растопку одновременно с небольшим файерболом. Пламя полыхнуло ярко-белым…
— А мне… можно будет туда? — спросил Гарри.
— Можно, только надо, чтобы было время выспаться… В ночь на субботу, пойдет?
Северус кивнул и ушел в лабораторию. Успокаивающее, восстанавливающее… по порции. Всем.
Наконец, Гарри, познакомившись поближе с легилименцией на примере новых «родственников» и жутко обрадованный, что самому все рассказывать не обязательно, щедро предоставил свои мозги Северусу. Тот хмыкал, комментировал почти как Лия (Гарри слышал как сквозь завесу, но — слышал!). И вдруг до него дошло…
— Так они друг с другом разговаривали ментально! — услышав в своей голове вопль Гарри, Лия и Северус вздрогнули от неожиданности.
— Вот это да! Да наш младшенький тоже менталист! — озвучила девушка. И мысленно обратилась к Гарри:
«Ты меня слышишь?»
«Да!»
— У меня уже голова идет кругом, — признался профессор ей и сияющему Гарри. Давайте уже потом с этим, что ли. Пока надо решить, что делаем и что Гарри можно рассказать друзьям.
В течение часа был выпит весь чай и решено: Гарри узнает все возможное у Хагрида, Рон с Гермионой под страховкой Милли следят за Квирреллом, взрослые разведывают, как дела у Дамблдора, а Лия еще со своей стороны общается с Квирреллом как бывшим преподавателем магловедения, вроде как опыт перенимает. Профессор продолжает придираться к Гарри, но «чисто» — только на подаваемые им самим поводы. С Гарри же — эти самые поводы… После этого мальчишка виновато посмотрел на Снейпа.
Лия аппарировала на минутку к себе, чтобы отправить мальчика отдыхать, вернулась и вздохнула:
— Ему бы собственного постоянного эльфа…
И тут же передала Северусу тетрадь, прочитав записи в которой, тот улыбнулся и дал ей свои записи. Просмотрев, Лия рассмеялась:
— Да мы друг друга стоим, похоже. Оба времени зря не теряли.
Записи фиксировали особенности ментального общения: словесного, эмоционального и образного, — словно они только что не проживали сложнейший отрезок своей жизни, а проводили эксперимент…
— Великолепно помогает не скатиться в эмоции и накрыться ими с концами…
— И не сойти с ума, — ворчливо добавил Снейп. — Всю мою жизнь с ног на уши поставила…
— Хочешь обратно? — серые глаза смотрели очень серьезно.
Он прислушался к себе. Вспомнил привычное состояние, недавно казавшееся таким удобным и понятным, а теперь вызывавшим такое же чувство, как сон о чем-то неприятном.
— За что мне все это?
— Если ты до сих пор винишь себя в гибели…
Она не стала продолжать… Умница, какая умница… Он кивнул в ответ, и она продолжила:
— Тогда как раз самая справедливая цена. В отличие от требований уважаемого директора. Старший брат. Не равноценная замена родителей, конечно, но вполне.
— А старшей сестрой тебе за что?
— А я как Поттер, просто влипаю…
— Ну так, наконец, речь о вас, мисс…
— Не Трэверс, как ты уже догадался. Или не совсем Трэверс.
И он узнал так много интересного, что голова чуть не отказала. И вел себя, как старший брат, с облегчением решила Лия. Ругал за то, как она «засыпалась» с магловедением, хвалил за письмо отцу, радовался его ответу — был… настоящим союзником. И даже признался, о чем его просил Дамблдор.
— Да какой Дурмстранг… Тут такое разворачивается. Я что, брошу тебя? Детишек этих? И не мечтайте!
Он с облегчением вздохнул… и получил еще одну порцию. Которой бы лучше и не получать, но — надо.
