— Получается, у тебя мутация управления огнем? Пирокинез?
Ясное дело, знаток комиксов знаком с этим ненаучным фантастическим термином.
— Ну… Точно не уверена, Питер.
— Попробуешь еще раз, — строго предложила Джин.
— Только не сейчас, — тут же уточнил за ней Скотт.
— Это само собой. Я что, настолько безумна? Нет, пожалуйста, не отвечайте. А как ваши успехи? Питер, научился ползать по стене?
— Ага. Это круто. Но костюм еще дорабатывается. И нужно привыкнуть ко всяким положениям в пространстве. Иногда голова просто кружится.
— У меня все так же, — с долей грусти ответил Скотт. — Похоже, без визора мне никогда не открыть глаза.
— Зато с ним ты выглядишь круто, — подбодрила я паренька.
— О, да, это самое главное.
— Хе-хе. Ну а что? Во всем ищи позитив, Скотт!
— Так… Вроде бы заканчиваем. И что нам тут еще убирать? Прополоть сгоревшую землю?
— Дельный вопрос, Питер. Хм… Джин?
— Что?
— Мне всегда было интересно, сколько тонн земли ты можешь поднять телекинезом?
— Не знаю и знать не хочу, — ай, поняла мой замысел сходу Джин. Ладно, чуток еще поработаем руками, не развалимся.
Быстро закончив с земельными делами, мы потопали в полигон. По мере спуска в ставший родным бункер в глубине души проснулось волнение, зашептались мои «сожители» в разуме. И ярый скептик внутри меня не заставил себя долго ждать. Лютое сомнение одолевало меня во всем, но я поспешила избавиться от этих мыслей. Сейчас самое время довериться голосам, как бы странно это не прозвучало. А ведь мне всю жизнь твердили обратное, и я жила этой догмой, считая ее единственно правильной. Получается, зря? Вот и проверим.
— Попробуешь поджечь точечно. В любой мутации важен контроль. Неважно — опасна она или нет.
— Джин, ты говоришь, как профессор, — заметил Питер.
— Точняк! Тебе бы подошло быть профессором, — согласилась я с паучком.
— Скотт, поставь мишень туда, — Джин, не обращая на нас с Питером внимания, продолжила командовать.
— Сейчас.
— Готова? — я кивнула Джин и мысленно обратилась к Сид. Благо она быстро отозвалась.
—
—
—
—
Сильное заявление, но сомнительное. Бетон вряд ли горит… Боже, опять сомнения! Так, будем слушать Сид и точка!
Встряхнув головой, да посильнее, я встала напротив мишени и сделала парочку глубоких вдохов. Ничего это, конечно, не дало, но да ладно, приступим. Обычный манекен из пластика смотрел на меня как-то жалобно и будто бы умолял не делать этого, но меня этим не возьмешь. Всеми мыслями я сконцентрировалась только на Сидни. Представляла себя на ее месте, прокручивала ее образ в мыслях, ее повадки и привычки, и самое главное — готовилась к огненному шоу. Поочередно размяла пальцы, прислушиваясь к ощущениям. Что-то определенно изменилось. Постепенно из всей какофонии в голове остался только голос Сид. И как только он затмил все остальные, я ощутила покалывание на кончиках пальцев и нарастающий изнутри жар. Новые ощущения копились долго, будто нехотя просыпались от векового сна.
«Давай! Еще! Еще! Да! Вот так… Отлично! — слышала я наставления Огненной. — Огонь возникает вспышкой, от искры! Но чтобы он не потух, ты должна удерживать его… Питать чем-то — эмоциями. Вспомни все обиды, страхи, ненависть, гнев… Всю несправедливость этого мира!»
Под ее диктовку в мыслях каскадом пролетели далеко не самые приятные воспоминания. И я ощутила, как во мне просыпается гнев, как ладони сами сжимаются в кулак и как участилось сердцебиение в ушах.
«Вот так… Хорошо… Хорошо… Копи… Да! А теперь, выжги все дотла!»
И когда я ощутила, что уже не смогу сдерживаться, как по щелчку, мои ладони вспыхнули. Я буквально видела, как языки огня заплясали на моих руках, ничуть не обжигая меня саму. Говорят же, можно вечно смотреть на три вещи и знаете, что-то в этом есть. От увиденного все неверие испарилось в один миг, осталось только ликование и бешеный азарт.
Огонь в ладонях разрастался и разрастался, собираясь между ними в крохотное солнце, пока я не выпустила всю струю в сторону манекена. Благо, я додумалась закатать рукава бомберки, иначе моя любимая куртка стала бы такой, как манекен.