— Скажи ему, что я не могу ответить сейчас. Пусть сохраняет позицию и держит свои силы в резерве.
— Это ему не понравится, — сказал Герцог.
— Это его проблемы, — ответил Омегон.
— Это все, что я должен сказать?
— Скажи ему, что я ценю его терпение и вскоре свяжусь с ним сам, — сказал Альфарий.
Они поднялись на борт золотого корабля. Его внутренние помещения не имели ничего общего с человеческими кораблями. Пространство искажалось, закрывая одни коридоры и открывая другие. Стены мерцали мягким внутренним светом. Местами потолок, казалось, воспарял в вечность. Сонека испытывал дискомфорт. Воздух пах как жженый сахар и расплавленный пластик. На некоторое время людей оставили в зале, сформированном из трех золотых лепестков.
— Что это за шум? — спросила Рахсана.
— Я ничего не слышу, — ответил Сонека.
Появился Первый капитан Пек и шагнул к ним.
— Примарх зовет тебя, Пето.
— Меня?
— Ты нужен ему. Следуй за мной.
Сонека взглянул на Рахсану.
— Иди, — настояла она.
Пек провел его по коридорам судна Кабала в зал, где ожидали Альфарий, Омегон и Шир.
— Милорд? — сказал Сонека.
— Кабал собирается показать нам Прозрение, Пето, — сообщил Альфарий. — Насколько мы знаем, это способ восприятия, средство временного фокусирования, основанное на умениях эльдарских провидцев.
— Я не понял ничего из того, что вы мне сказали, лорд.
— Есть возможности увидеть будущее, — сказал Омегон.
— А зачем вы посылали за мной?
— Ты должен это видеть. Свидетелями должны быть Омегон и я, Шир как мощный псайкер и ты, как обыкновенный человек. Ты согласен?
— Сэр, я…
— Ты согласен? — потребовал Омегон. — У нас нет времени, чтобы тратить его впустую.
Сонека кивнул.
— Я сделаю все, что смогу, милорды, — ответил он.
— Спасибо тебе, Пето, — сказал Альфарий. — Мы готовы, — произнес он.
Стена, казавшаяся твердой, растворилась, как дым. Четверо мужчин вошли в помещение бок о бок. Зал был темным, но сиял словно жаром углей, пробивающимся отовсюду и ниоткуда конкретно. В центре находилась монолитная серебряная плита, содрогающаяся светом.
«Я — Гахет».
— Я — Альфарий, примарх Двадцатого Легиона Астартес, — ответил Альфарий.
«Добро пожаловать. Давайте узнаем остальных и вашего другого себя».
— Я — Омегон, примарх Двадцатого Легиона Астартес, — сказал Омегон.
«Добро пожаловать. Дэн, Дан, Кейт, Шир, добро пожаловать».
Шир поклонился.
«Пето Сонека, добро пожаловать».
— Привет, — сказал Сонека. — Вы у меня в голове.
«Да».
— Это не слишком приятно.
— Улавливай суть, гет, — бросил Омегон.
«Вы готовы увидеть Прозрение?»
— Да, — сказал Альфарий. — Дальнейшие уловки приведут к тому, что наши болтеры разнесут эту часть корабля на куски. Ясно?
«Да. Вы сильны, человек. Вы угрожаете. Насилие придет позже и станет вашей работой».
— Продолжим, — поторопил Омегон.
«Мы сражались с Изначальным Уничтожителем задолго до вашего появления. Xaocy нельзя позволить получить контроль над Галактикой».
— Мы это знаем, Гахет, — сказал Альфарий.
«Человеческий род зрел. Он процветал. Люди в своем невежестве особенно восприимчивы к влиянию Хаоса. Он запустил свои пальцы в человечество, надеясь сделать из него оружие».
— Человечество будет сопротивляться, — сказал Альфарий.
«Вы не будете знать, как сопротивляться. Хаос хитер. Он вызовет гражданскую войну в пределах Империума Человека, и все созданное будет уничтожено. Смотри…»
Плита серебряного света задрожала и раскрылась. Люди увидели, что было внутри. Почувствовали, как они падают с орбиты на пылающий мир. Шир заплакал.
«Это наше доказательство. Это будущее, и оно наступит. Великая война ворвется через небесный свод и охватит человеческую расу. Звезды погибнут. Хаос восторжествует».
— Нет! — сказал Омегон, широко распахнув глаза.
«Вы не можете отрицать этого, Омегон. Этот процесс уже начался».
— Ты чертов лжец! — взревел Омегон, отводя взгляд от Прозрения.
«Я не могу лгать. Я не лгу. Человечество создаст самое большое чудовище в истории галактики — Хоруса».
Мозг Сонеки словно оцепенел. Зрелище золотого корабля померкло перед тем, что он увидел сейчас.
— Как… как нам остановить это? — спросил он дрожащим голосом.
«Вы не можете, но Легион Альфа прекрасно подготовлен, чтобы контролировать и направлять это».
— Объясни! — потребовал Альфарий.
«Гражданская война, развязанная Хорусом Луперкалем, может закончиться одним из двух вариантов. Хорус победит и Хаос одержит победу или силы Императора заставят Хаос отступить».
— Легион Альфа существует ради Императора, — заявил Альфарий.
Плита серебряного света мерцала.
