– Риск еще не окончен, – принялся увещевать его сержант. – Задерживаться очень опасно. Что тебе важнее – жизнь или золото?
– Конечно, золото, – с безумной улыбкой ответил рядовой. После этого он подхватил свой вещмешок с добычей и неожиданно бодро побежал в сторону от отряда. Отбежав метров на десять, он схватил винтовку и покончил с собой.
До утра все отдыхали, а утром на пути отряда появился плотный серебристый туман, к обеду он стал ближе. Легионеры пытались обойти его, но, казалось, он закрывал все восточное направление. Привал пришлось объявить до наступления вечера – еще три человека упали на песок и больше не встали. Следующий переход был особенно тяжелым – легионеры еле переставляли ноги и многие постоянно тянулись к фляжкам с водой. Серебристый туман стал еще ближе.
– Сержант, объясни им, что столько пить нельзя, – тихо сказал Рольф. – Пусть возьмут глюкозы, чтобы меньше хотелось пить. Иначе они не дойдут.
– Они в любом случае не дойдут. Пустынная лихорадка, – ответил сержант. – Но говорить им об этом не стоит.
К утру умерли еще четыре человека. Серебристый туман приблизился еще больше. Рольф пытался угадать, что это такое, но так ни к чему и не пришел.
– Не фонит? – спросил его временный сержант, сидя на песке.
– Нет. Вообще ничем не отличается от пустого места, – ответил Рольф. – Не нравится мне это. Надо уходить.
– Дальше тебе придется идти одному.
– Почему?
– Пустынная лихорадка – коварная штука, – невесело улыбнулся сержант. – Не волнуйся, надолго я тебя не задержу. Жаль, воды почти не осталось. Хотелось бы умыться.
Рольф отцепил свою фляжку и протянул товарищу:
– Возьми. У меня немного осталось.
– Тебе нужнее, – покачал головой сержант. – Тебе еще возвращаться в лагерь. А мне можно и потерпеть. Посиди немного со мной. Тебя как зовут?
– Рольф. А тебя?
– Мартин. Почему ты записался в добровольцы, Рольф?
– Я не хотел, чтоб в добровольцы попал мой друг. Добавил ему в какао лекарство от коровьей лихорадки. Старый сержант видел это, сказал, или мне терять все сбережения, или идти вместо него. Я пошел, а он обещал присмотреть за другом.
– А я хотел получить денег, чтоб было на что жить после ухода из легиона. Понимаешь, когда тебе двадцать, надо быть осторожным, вся жизнь впереди, иначе она может стать очень короткой. И в тридцать можно быть осторожным, еще есть время, еще можно что-то сделать. А в сорок уже не знаешь, что большее безумие – записаться в добровольцы или, наоборот, не записываться. Потому что знаешь – того, что удалось скопить, хватит лишь на очень короткую жизнь. Так может, пусть она и будет короткой? В молодости я хотел поступить на Инженерный факультет, хотел создавать разные устройства, например, чтоб не нужно было делать такие большие разрезы при операциях. Но обучение очень дорого, и я пошел в Легион, чтобы заработать денег. Шесть лет я копил каждую крупицу золота и готовился к поступлению. А когда думал, что накопил, выяснилось, что правила изменились, и плата за вступительные экзамены при успешной сдаче больше не учитывается при оплате самого обучения. Ты просто теряешь эти деньги, в любом случае. И мне уже не хватало на учебу. Пришлось копить еще. А когда опять думал, что накопил, оказалось, что обучение подорожало вдвое, – сержант помолчал немного и продолжил: – В Легионе мне тогда предложили стипендию, но при условии, что я буду создавать всякие военные штуки – мины-ловушки и тому подобные вещи. И можно было бы учиться. Я отказался, потому что ловушек и так много, а оборудования для врачей – нет. И никогда об этом не жалел. И сейчас не жалею. Жаль только, воды почти нет.
– Возьми, – снова протянул ему фляжку Рольф. Сержант только покачал головой и полез в нагрудный карман. Достал оттуда маленький мешочек и протянул Рольфу:
– Возьми, тебе пригодится. До пункта сбора – пятнадцать километров. Ты дойдешь. А потом иди учиться.
– Как – пятнадцать километров? – не понял Рольф.
– Вон там – пятнадцать километров, – сказал Мартин, указывая на серебристый туман, который за время разговора стал еще ближе. – Да, мы не знаем, что это такое. А что мы вообще знаем? Может, это природное явление, а может – новое оружие. В любом случае, больше выбирать не из чего, а это – шанс. Жаль только, что это не дождь, хорошо бы умыться.
Рольф взял протянутый ему мешочек. После этого временный сержант потряс своей флягой, где на дне еще плескались остатки воды, вылил их на лицо, улыбнулся и какое-то время сидел молча.
После похорон Рольф проверил снаряжение, поудобнее прикрепил детектор ловушек и биоискатель и пошел на восток, прямо в серебристый туман.
Из дневника рядового Рольфа
«Кажется, я потерял блок памяти. Или я потерял золото? Не помню. Ничего не помню. Еды нет уже несколько дней, осталась одна глюкоза, да и она заканчивается. Не знаю, сколько мне еще идти, не помню, сколько уже иду. Впереди все тот же серебристый туман, не знаю, что это такое, но это не обычные осадки, дождя не будет, а жаль. Воды осталось несколько глотков. А хорошо было бы умыться».
Из записок «Исторического общества»
