— Вот это пойдет, — Лекманн указал на постоялый двор.
Над дверью красовалась грубо нарисованная вывеска. Она гласила: «Палаш и оборотень».
Внутри было не протолкнуться от изрядно выпивших и потому горластых посетителей.
— Пройди дальше, Джабез, и отыщи, где присесть, — приказал Лекманн.
Блаан окинул взглядом помещение, после чего двинулся вперед, как таран, пробивая дорогу в толпе. Остальные трое следовали за ним по уже расчищенному пути. С инстинктом буйвола он высмотрел компанию эльфов и согнал их с насиженного места.
Как только охотники за удачей и Коилла уселись, появилась девушка-эльф, официантка. Лекманн открыл было рот, чтобы сделать заказ. Хлопнув перед ними четыре оловянные кружки с медовым элем, официантка сказала:
— Берите это или убирайтесь.
Блаан презрительно бросил ей несколько монет. Девушка сгребла деньги и удалилась.
Головы трех людей сблизились. Словно заговорщики, они приглушили голоса. Коилла, скрестив руки на груди, откинулась на спинку стула.
— Тут есть небольшая проблема, — шептал Лекманн. — Идеально было бы в первую очередь избавиться от этой суки. Тогда можно будет не отвлекаться на то, чтобы сторожить ее. Но если мы ее продадим, кто укажет нам на других Росомах?
— Я уже сказала, — вставила Коилла. — Я не сделаю этого.
Обнажив зубы в безобразном оскале, Лекманн прошипел:
— Мы тебя заставим.
— Как?
— Предоставь это мне, Мика, — предложил Аулэй. — Уж я-то ее заставлю.
— Ешь дерьмо, одноглазый, — ответила капрал.
Аулэй зашипел.
— А предположим, эта чокнутая тварь не поможет нам, — продолжал рассуждать Лекманн. — В таком случае самым лучшим решением будет разделиться. Мы — Джабез и я — поищем на нее покупателя. Тем временем ты, Гривер, сможешь начать разыскивать орков.
— А потом?
— Через пару часов встретимся на этом же месте и расскажем, кто чего добился.
— Пойдет, — Аулэй сверкнул взглядом в сторону Коиллы. — С удовольствием посмотрю ей в спину.
Хорошенько отхлебнув эля, она вытерла рот тыльной стороной ладони.
— Посмотри лучше вот на это. — Она обрушила кружку на руку Аулэю.
Послышался громкий треск.
Лицо охотника за удачей исказилось. Он издал мучительный вой и посмотрел на мизинец. Затем лицо у него посерело, глаза переполнились слезами.
— Она… сломала… его… — простонал он, едва шевеля дрожащими губами, и потянулся второй рукой к сапогу. — Я… убью… тебя…
— Заткнись, Гривер! — оборвал его Лекманн. — На нас смотрят! Ты ничего ей не сделаешь, она для нас — слишком ценная вещь.
— Она сломала мне мизи…
— Хватит вести себя как ребенок. Вот, держи, — Лекманн бросил Аулэю тряпку. — Завяжи палец и закройся.
Коилла одарила троицу теплой улыбкой.
— Ну, а теперь давайте продавать меня? — сладко промурлыкала она.
— А здесь их побольше будет, — произнес Страйк.
— Нет сомнений, — подтвердил Джап. — Целая охотничья команда.
Скрытые в густых зарослях, они лежали на земле и разглядывали лагерь на поляне. Остальные Росомахи по приказу Страйка остались сзади, и с того места, где сейчас находились Страйк и Джап, увидеть их было нельзя.
Людей в лагере было человек около двадцати, все в черном, все мужчины. Все хорошо вооруженные. Для лошадей они соорудили импровизированный загон, а в центре поляны стояла крытая повозка.
— Проклятье, — вздохнул Страйк. — Только хранителей Хоброу нам и не хватало.
— Ну, что они поблизости, следовало предполагать. Вряд ли можно рассчитывать, что они оставят попытки заполучить звезду обратно.
— И все же без них было бы лучше. У нас и так забот полон рот.
— Как считаешь, Коилла или Хаскер у них?
— Кто знает? Твой дар ясновидения не поможет?
— До сих пор от него было не много толку. Но попробую.
Пальцами выкопав в земле ямку, дворф погрузил в нее руку. Затем закрыл глаза и сосредоточился. Страйк не двигался, наблюдая за происходящим в лагере.
В конце концов Джап открыл глаза и выдохнул:
— Ну что?
— Я почувствовал слабый сигнал. Он исходит от орка, однако теперь как будто дальше, чем в прошлый раз. Хотя и не очень далеко.
— Это все?
— Почти. Трудно даже сказать, мужчина это или женщина. И направление не определяется. Если бы эти гады не жрали так нашу магию…
— Смотри.
Из крытой повозки в центре лагеря выбралась человеческая фигура. Это была девушка. Она находилась в том возрасте, когда детство уже ушло, а женщина еще не расцвела. Пухленькая, с волосами медового цвета и ярко-синими глазами. Ее можно было бы назвать хорошенькой, кабы не кислое выражение лица, раздраженная ухмылка и злобный рот.
— О-о, — простонал Джап. — Только не это!
— Что случилось?
— Мерси Хоброу. Та самая дочь проповедника, о которой я тебе рассказывал.
Девушка бойко расхаживала по лагерю, покрикивая на хранителей. Они моментально кидались выполнять ее приказы.
— Смотри-ка, — заметил Страйк, — недавно вылупилась, а уже командует.
— Тиранам свойственна недоверчивость. Они скорее предпочтут действовать руками членов семьи, чем полагаться на посторонних. И Хоброу, похоже, тоже подключил к делу собственное отродье.
— Да, но оставлять командование на… ребенка?
— Ты ведь знаешь, Страйк, все люди сумасшедшие.
Теперь девица орала на хранителей и даже размахивала кнутом.
