– Так… – Рысь кратко поведал про обрывки книги. – Осталось найти этот заезжий дом и поговорить с его хозяином. Да, еще бы и одеться неплохо, а то ходим как поклонники Вакха. Есть в Риме такой любвеобильный виноградный бог, вернее, был, покуда не запретили – слишком уж непотребные празднества справлялись в его честь.
– Вот как? – заинтересовался Гета. – А ты, господин, можешь о них рассказать поподробнее?
– Молод ты еще для подобных россказней, – обернувшись, Юний щелкнул мальчишку по носу. – Лучше посматривай по сторонам – ведь где-то здесь рядом рыщут притены, а мне почему-то не очень хочется с ними встречаться.
– И мне – не очень, – со вздохом признался Гета и, внимательно оглянувшись по сторонам, зашагал по узкой тропе вслед за своим господином.
Башню они обнаружили примерно в полдень, заметили еще издали, и, пока взбирались на холм, Юний все думал – из чего же она сложена? Не кирпичи и не дерево… Камни? Нет, не похоже… И лишь когда подошли ближе, увидели, вздрогнули – башня оказалась сложенной из человечьих костей! Крупные, берцовые, располагались внизу, в основании, на них громоздились выбеленные ветрами и дождем грудные клетки и кости помельче – и так на высоту по крайней мере в четыре человеческих роста, а то и больше. Черепов не было, что и понятно: головы врагов украшали жилища воинов.
– Это в честь какого же бога? – обойдя башню, тихо спросил Рысь.
– Не знаю, – так же тихо отозвался Гета. – Скорее всего, в честь Крома Кройха или какой-нибудь из богинь. Да все боги любят человеческую кровь!
– Да, – согласно кивнул Юний. – В этом смысле мне больше нравятся римские божества. Однако, похоже, мы скоро придем. Что это за усадьба виднеется во-он на том холме? Очень похоже на виллу, но вилл здесь нет. Значит, наверное, это и есть заезжий дом.
Идти пришлось долго, хотя, казалось бы, вот он, дом, рядом, рукой подать. Узкая дорожка вилась меж холмов, огибала торфяные болотца и небольшие озера с прозрачной водою, тянулась через буковые рощицы и розовые вересковые пустоши, терялась в зарослях жимолости и дрока. Наконец впереди показалась невысокая ограда, сложенная из круглых камней, за которой виднелось несколько крытых соломой и камышом строений – длинный приземистый дом с галереей на деревянных столбах, амбары, хлев, птичник. Ворота были распахнуты настежь, во дворе возился какой-то седой старик с узенькой длинной бородкой, одетый в теплую длинную куртку из оленьей кожи, называемую местными «бовин», и круглую меховую шапку. Увидев путников, старик отвлекся от своего занятия и вежливо поздоровался:
– Да хранят вас боги. Желаете отдохнуть у меня? Есть свежее пиво, лепешки, рыба.
– Тебя зовут Энгус Финган, уважаемый? – чуть поклонившись, поинтересовался Рысь.
– Да, это так. – Старик радушным жестом пригласил гостей во двор. – А вы, я вижу, издалека.
– Из Тримонтия, – пояснил Юний. – Скупаем по селениям шерсть. Вернее, скупали, пока какие-то разбойники не ограбили нас до последней нитки. Отобрали и одежду, и мулов, хорошо, у нас было припрятано немного римских монет – на ночлег и одежду, думаю, хватит.
– Хорошо, – внимательно оглядев обоих, кивнул старик. – Проходите в дом, сейчас скажу слугам, чтоб приготовили еду и подали пиво.
Перекусив, путники искупались в расположенном неподалеку озерке и, придя в дом, с удовольствием растянулись на мягком сене, коим хозяин щедро устлал деревянные ложа. Утомленные, Юний и Гета проспали почти до самого вечера, и, когда вышли во двор, солнце уже клонилось к закату. Судя по всему, у старика Энгуса работников хватало – в хлеву, птичнике, на огороде копошились люди, в большинстве своем крепкие молодые парни, таким бы в воины идти, не в слуги. Впрочем, скорее всего, это были рабы. Гета пристально смотрел в распахнутую дверь хлева – один из рабов как раз доил корову.
– Выспались? – неслышно подойдя сзади, осведомился хозяин. – Тогда прошу к столу. Как раз заколол барашка.
– Нам бы насчет одежды, уважаемый, – напомнил Юний. – Хоть какой-нибудь. Чем заплатить – найдется.
– Не беспокойтесь, будет и одежда, – улыбнулся старик, потрепав по голове рыжего мальчишку лет семи, только что загнавшего в птичник мелкую живность.
– Айлиль, внук, – пояснил Энгус, наклонился к мальчику, что-то прошептал и легонько подтолкнул в спину. – Ну, беги играй.
Снова уселись за стол, и хозяин самолично налил гостям пива в большие деревянные кружки.
– Отведайте, – он кивнул на принесенную слугой рыбу, – жирный хороший лосось.
– И часто здесь останавливаются путники? – отпив из кружки, поинтересовался Рысь.
– Часто, – гордо тряхнув бородой, отозвался старик. – На всю округу только один заезжий дом – мой!
– А не приходилось дли тебе встречать здесь одну…
В этот момент в залу вбежал рыжеволосый Айлиль и, обогнув стол, прижался к деду, что-то шепнув.
– Можно тебя попросить кое о чем, уважаемый? – Энгус взглянул на Юния. – Видишь ли, мой внук хочет посмотреть на твой меч. Говорит, что никогда таких не видал.
– Это дело! – сняв с плеча перевязь с ножнами, Рысь со смехом протянул оружие мальчику. – На, смотри, воин! Так вот, о девушке…
