Наливка оказалась сладкая, густая и пахла вишнями. Лена с трудом сделала пару глотков, а хозяйка легко опорожнила рюмку и налила себе еще.
– Расскажите, что с вами в метро приключилось? – блеснула она глазами. – Желательно, со всеми подробностями.
– Подробностей я как раз и не помню. Мне показалось, будто за мной кто-то следит. Я несколько раз незаметно поглядывала назад… но такое там увидела…
– Что же вы увидели?
Госпожа Шамис выуживала у гостьи слово за словом, замирая от любопытства.
– Я увидела там… себя.
– Да-а? – у Розы Абрамовны поднялись брови, а глаза едва не выскочили на лоб. – Что вы говорите, милочка?
– Мне сразу стало нехорошо. Та… женщина была ужасно похожа на меня… Я задрожала, ладони вспотели, голова закружилась. Потом я куда-то шла, кажется, садилась в поезд, выходила, снова ехала… сознание мутилось… Должно быть, я опять оказалась на той же станции, и все повторилось. Не знаю, как объяснить… В одном из переходов появился туман, он окутал меня… и будто отделил от всего… А, вспомнила! Вокруг стало пусто! И тихо. Как будто уши заложило, и звуки исчезли. Киоски с товарами, цветы, газеты и журналы… все осталось, а люди куда-то делись. Никого… Пустота и тишина. Жуть…
Лена замолчала и глотнула наливки. Потом снова заговорила, торопливо, сбивчиво:
– Туман поглотил и это… Мне показалось, я попала внутрь раковины… у нее были блестящие извилистые стенки… и в них отражались, мелькали картинки: древние города, океан, какие-то битвы, пожары, цветущие сады, золотые крыши, всадники в развевающихся плащах… все смешалось, слилось и превратилось в движущуюся живую ленту… Оттуда кто-то наблюдал за мной. Я не знаю кто. Я погружалась куда-то… словно в темную пропасть, и подумала, что это смерть. Наверное, так люди и покидают этот мир. Я даже не протестовала. Только почувствовала, что мне нельзя там находиться… я прикасаюсь к запретному, страшному, и мне это с рук не сойдет… Старая привычка, – везде и всюду совать свой нос!
Пожилая дама невольно рассмеялась.
– Вы смеетесь, а мне не до шуток, – обиделась гостья. – Я ведь не случайно оказалась на той станции метро… С недавних пор я получаю странные письма. Конверт без обратного адреса, внутри плотный лист бумаги, а на нем – одни и те же слова: «Метро “Китай-город”». Другой бы человек плюнул и забыл. А я нет! Не могу. Мне все надо выяснить до конца, до всего докопаться. Прав был Толик, мой бывший муж, когда говорил, что любопытство меня до добра не доведет.
Роза Абрамовна слушала, затаив дыхание.
– Быстров был прав! – горячо повторила Лена. – Любопытство когда-нибудь меня погубит. Там, в метро, я… стала другой. Теперь пытаюсь разобраться в себе, но…
– Не получается?
Лена мотнула головой и проглотила остаток наливки.
Пожилая дама поспешила переменить тему.
– Как ваше отношение к Широкову? Не изменилось? Вы… еще любите его?
Гостья задумалась. Только сейчас, в ходе беседы с госпожой Шамис, до нее дошло, что ее чувства к Широкову тоже стали другими. «Главный плохиш» перестал быть недосягаемым, обожаемым и ненавистным кумиром…
