Высокое небо над головой, три привычных солнца… Домашних и уютных. В толпе быстро наступает тишина…
Сердце сжимается – друзья и отцы уже не видят этих солнц. Анна не видит – а он все еще смотрит… Душа наполняется щемящей тоской, душат спазмы, брызгают слезы – отворачивается и моргает…
Лучше боль, чем пустота…
Люди перед ступенями. Родные… Они всегда были вместе, всегда шли за ним – верили, искали дом… Собрал волю в кулак – голос должен быть ровным, и глаза сухими… Он не знал, что скажет. Пусть все получится само собой…
Неожиданно зачерпнул из цветочного газона пригоршню земли. Спустился по ступенькам, поднял ладонь и разжал пальцы – ветер подхватил невесомый песок, дыхнув земляным дыханием перед людьми…
– Это ваша земля. Вы знаете, что должны делать.
Это сказал не мозг. Это сказало что-то внутри – проснувшееся и печальное, как ночь… Народ притих.
– Ваше высочество, – голос капитана сзади. Обернулся – молодой офицер не понимает: – нет командиров…
– Нет Армана, – ответил Сергей. – Нет Дррога. Командиры есть всегда, – сузил глаза, – кто следующий по званию?
Капитан оглянулся вокруг…
– Вперед, – сказал ему Сергей. – Твое время.
Повернулся и пошел вдоль людей к конюшням. Проклиная себя на чем свет…
– Внимание! – донесся крик за спиной. – Офицерам – по порядку доложить о готовности…
Низкий протяжный звук рога…
Мягко переступили копытами лошади – широкое море людей остановилось за пределами города. Фырканье лошадей, бряцанье оружия, приглушенный говор…
«Они не остановятся, – тихий голос Рады за спиной, – пойдут на запад… Судя по тому, как рассредоточились по всему лесу – знают все. О „геополюсе“, машинах, всех средствах…» Новый протяжный звук рога…
Как в старые времена. Нет самолетов, нет огня… Есть грудь и меч…
Бог мой, что происходит?
Над горизонтом поднимается высокая стена пыли – цунами… Сергей сжал поводья, всматриваясь в пыль. За спиной – весь город. Никто не остался в домах, даже женщины…
Черная полоса. Во всю ширину твердой земли по сторонам дороги императоров. Пришествие ада – увеличивается прямо на глазах…
Он оглянулся – море лиц, твердо сжатые зубы, хмурые глаза… Надеюсь, небо меня простит. Я не мудр – просто не смог иначе…
Поднял над головой клинок и тронул поводья:
– За Архелай…
– За Архелай! – вздохнуло людское море – встряхнулось, заклокотало…
«За Архелай…» – лошади набирали скорость, постепенно выстраиваясь в угол – все быстрее и быстрее…
«За Архелай!» За дом, за друзей, за родных. За наследство, за веру, за жизнь. За все, что осталось за спиной, и могло ждать в будущем. За душу и кровь. За то, что людей может сделать людьми…
«За Архелай!!!» – ветер свистит в ушах, дробный перестук копыт, вселенский азарт за спиной… Они не сдадутся – просто не могут. Не в силах иначе…
Огромный, заостряющийся на скаку клин… И на самой вершине – легкая всадница на белом коне – ветер колотит волосы за спиной… За Архелай…
Черная полоса приблизилась – опустились длинные пики навстречу…
«За Архелай…» Оба полюса столкнулись. Взорвался воздух – и всё потонуло в невыносимом гвалте кровавого боя…
Карусели, цветные всполохи, огни… Грудь сжимает боль, раскрывает, выворачивает наружу… Новые вереницы огней – все глубже и дальше… Что-то щекочет щеки…
Вдали появляется какая-то фигура, закутанная в странное одеяние – приближается неестественно белое лицо, распахиваются красные глаза…
«Ты кто? Смерть? – он не слышит своего голоса. Голоса нет, просто свистящие мысли… – Забери меня». Красные глаза оглядывают снизу доверху – щерятся в страшном оскале зубы…
Новые всполохи огней. Почему нет тоннеля, и белого света в конце? Все говорят – тоннель, свет… Только мелькают пятна по сторонам…
Снова что-то щекочет щеки…
Издалека доносится хрип и клекот… Или карканье ворона… Или скрежет ржавого железа…
Он делает усилие и открывает глаза. Сумеречное ночное небо… Крик ворон… Волосы на ветру щекочут щеки… Что-то сдавливает грудь. Опускает глаза – белая гладкая шерсть… Его лошадь… С натугой выбирается, и поднимается на гнущихся ногах…
Неровный свет ночных лун высвечивает ад. Страшную карту конца мира. Всеобщего апокалипсиса. Ветер теребит мертвые волосы и одежду, пригоршнями метет пыль…
Куда не кинь – перемешанные трупы людей и лошадей. Темные, белые… Всюду запекшаяся кровь, доспехи, оружие, кожа… Груды тел, горы смерти и ужаса – сливаются с черной землей, до самого горизонта… Каркают вороны, ветер тонко гудит страшным печальным стоном…
Делает шаг – о что-то спотыкается… Вдалеке, смутно видимая в неясном свете – еще одна одинокая фигура…
Страшный кошмарный бред… Сергей смотрит раскрытыми от ужаса глазами – необъятное поле ада… Медленно бредет, спотыкаясь о трупы. Бог мой – позволь умереть…
Что-то течет по лицу – мокрое и липкое… Глухой зов смерти за спиной… Крутанулось ночное небо – он пошатнулся, и рухнул на землю. Дикий не вырвавшийся крик замер в запекших губах…
«Сережка!! – его трясут за плечи. – Ты чего кричишь?!» Он открывает глаза и моргает… До ужаса знакомое лицо… бог мой… Светка?
