'Элита Энтийская…' — невероятное эхо из множества передатчиков — разбегаясь и переплетаясь между собой. Народ всколыхнулся: 'Что?!! Послышалось?!! Тебе тоже?!!'
Дикие, совершенно невозможные слова…
'Тихо!!!' Тихо-тихо-тихо… Это сердце так громко стучит?
'…Я обращаюсь к командованию подразделений…'
Он ничего не видел и не слышал. Не знал, что его голос остановил все движение. Невозможные слова заставили замереть чуть ли не вдох… 'Боги… что это?' Проглотили очередной всхлип женщины, притихли дети — казалось, даже лошади перестали храпеть и бить копытами… 'Это… это шутка, да?'
Люди задержали дыхание, военные не могли отвести глаз от своих передатчиков — как будто увидели первый раз…
— Что-о?!! — чужой ответ как будто специально озвучил общий стон. — Шутка? Не придумали ничего умнее?
— Я здесь, — спокойно сказал Сергей. — Наведите визоры машин и вертолетов…
Все вокруг потеряло в эту минуту значение. Светили на небе три солнца — как будто издеваясь перекрестием света и теней…
— Что-то есть, — усмехнулся искаженный голос. — Постарались!
— Вряд ли что-то, — ответил Сергей. — Даже король Дагон слишком долго искал двойника. Вы ведь знаете.
— Откуда я знаю, что…
Глупый, ничего не значащий спор. Разве такое бывает в действительности?
— Потому что я здесь, а не там, — перебил его Сергей, унимая волнение. — Как и в подземельях рудников… — он криво усмехнулся. — Где мы жили в палатках. И отправляли нужду в бездонные колодцы… — сжал в руке микрофон, слова сами ложились на язык: — Как на дороге… где женщины бежали сквозь осколки и пули, прижимая к груди детей… — голос был хрипл, но спокоен. — Как в песках проклятой пустыни… где язык разбухал, как полено, и не давал произносить слова… — он не видел ничего. И ему было даже плевать — как реагируют с той стороны микрофона. Тяжелый небесный гимн… — И чтобы не умереть от голода и жажды — копали глубокие ямы, ловили ядовитых гиен и жгучих песчаных медуз… Как в великом Архелае, — он глубоко вздохнул. — Где в великом зале, у подножия трона… — легкая улыбка тронула губы: — мы пеленали детей… — поднял лицо: — Я здесь, а не там… — он не думал. Не мысли сейчас занимали голову, а чувства… И чувства завершили, прямо в маленькую матовую коробочку в ладони: — Так где должна быть принцесса? Стрелять по своему народу? Или, — он вскинул голову: — рядом со своим народом?
Тишина. Полная тишина. Молчит микрофон в руке, молчит народ за спиной. Молча крутят воздух вертолеты… Он ждал…
Разум понимал. Даже его разум — далекий от военной службы и дворцовой рутины, — что творилось сейчас в головах руководства. Это было шуткой только для короля Дагона. Но не для четвертой егерской бригады — наполовину состоящей из ашеров…
Сергей не любил убеждать. Никогда бы не взялся за безнадежное дело. Но сейчас он не убеждал. Ему даже не было дела — верят с той стороны, или нет. Он просто констатировал истину. Даже не сознавая — что именно делает правду истиной…
Пауза затянулась. Рука вспотела, он снова поднял ладонь:
— Мы выходим, — он мрачно нахмурился: — И если в ком-то не осталось совести… то нажимая курок — пусть начинает с меня…
Опустил микрофон. Глубоко вздохнул, и оглянулся…
Толпа людей. Полковник Доррог, Редх, весь народ… Тишина. Кто-нибудь скажет хоть слово? Тугие белые лица… У него никогда не получались возвышенные речи…
Сказка. Безумный миф. Легенда. Но ведь и легенды рождались от были…
Он криво улыбнулся — чтобы не прозвучало пафосно:
— Ну как? Что выбираете? Пули, или резервацию?
Народ всколыхнулся. Загомонил, затрясся, завертелся, залихорадил — что-то появилось в потрясенных глазах… Глава похода вытер вспотевший лоб, офицеры дернулись с места…
Сергей снова повернулся и медленно двинулся через поле. Всё потом. Позже. Один шаг, второй, третий… Дрожь пробегает по ногам, грудь как будто чувствует полет пули… Еще шаг, еще… Пока нет ни единого хлопка…
Глянул через плечо — люди дружно дернулись следом. Отсюда не видно лиц…
Сплошной шорох шагов по траве. Длинная колонна людей. Долетел скрип колес, всхрапнули лошади… Спину не отпускают тысячи взглядов. Он не видел, как в паре десятках метров сзади дикая Тина выхватила Лимм из толпы: 'Это правда?!! Ее был голос?!!' Смуглянка со слезами кивнула… 'Где?!!' — ошалело выдохнула Тина. Подруга кивнула вперед…
Десятый, одиннадцатый… Напряжение давит в уши. Изготовившаяся цепь танков впереди, наведенные стволы. 'Кондоры' над головой… Громкий торопливый шорох слева и справа — догнали и примостились по бокам замечательные подруги. Сергей повел головой — Тина и Лимм с вызовом вздернули упрямые лица…
Тридцатый, сороковой… Танки все ближе. Уже можно различить людей в защитных костюмах. Гимн больше не звучал. Умолкло небо, стихли инструменты. Зачехлили трубы трубачи… Вспотевшие от напряжения ладони… Тина и Лимм мрачно наклоняют головы, стараясь прикрыть по бокам…
Длинная колонна людей — хвост еще где-то между сопок. И пригнувшаяся цепь машин… Тишина. Молчат передатчики, молчат люди… Совсем близко…
