— Откуда ты, девочка? Где твоя семья?
Следом заглядывают остальные…
'Поговори с ними, — советует подруга. — Они хорошие люди'.
'Зачем? Все бессмысленно и пусто…'
Женщина настороженно оглянулась, пытаясь проследить за взглядом…
— Так постоянно, — грустно сказала девушка, оттащившая с моста. — Будто с кем-то говорит…
— А нас не слышит… — добавил парень.
Его весь день зачем-то расспрашивали… произносили разные фразы, слова — пробуя определить реакцию…
Внешний мир иногда приходил — маленьким шепотом веток за стеклом, приглушенными разговорами, или мягким щелканьем двери. В тарелках на столе, в печальном вздохе доброй матери, или грустных глазах молодой дочери. В аккуратной одежде на кресле, или любовно взбитой подушке. Чтобы потом вновь отступить, раствориться и исчезнуть — в длинных колоннах людей, и милях долгой дороги… Он заново переживал всю свою жизнь — каждый день и каждый час. Снова бежал, снова прятался. Снова падал от усталости, и снова страдал…
Поздно вечером приехал доктор — полный, с большим авторитетным чемоданом. Долго осматривал, задавал вопросы, качал головой, щелкал приборами, проверял анализы. В конце вынес вердикт: 'Глубокий психический шок…' Старший семейства только собирался вставить что-нибудь язвительное, но супруга одернула: 'Это лечится?' У всех на лицах немой вопрос. 'Очень непросто, — покачал головой врач, складывая свои многочисленные приборы. — Затронуты слишком глубокие слои. Даже гипоталамус и гипофиз… — он постучал пальцем по одному из приборов. — Я бы рекомендовал обратиться в специальный центр'. 'Вы же знаете…' — не выдержал маленький глава — 'Знаю, — перебил дородный доктор. — Но обязан предупредить'. Все молчали, врач щелкнул чемоданом и выпрямился. 'Что нам делать?' — снова спросила женщина-мать. 'Внимание, забота и уход, — кивнул на прощанье доктор. — Ваша дочь что-то пережила — что-то очень страшное… Если она не сможет с этим справиться, то…' Он пожал плечами и уехал. А странные непонятные люди — дружно воззрились на Сергея. На столе давно остыл нетронутый обед. Потом такой же нетронутый ужин…
Поздно вечером снова пришла девушка с моста. Тихо посидела рядом. Потом осторожно подняла, затащила в ванную комнату и умыла. Положила в постель и накрыла одеялом…
Странные люди. Край сознания отмечал странность, не вдаваясь в подробности. Ему было все равно. На следующий день заставили что-то съесть, чуть ли не силой впихивая ложкой. Через день — тоже…
Он слабел с каждым днем. Все реже поднимался с постели, все реже смотрел в окно… Ему незачем было вставать и смотреть — вся жизнь перед глазами. Бежит, страдает и плачет. Весь горький необъятный мир…
Однажды она пришла рано утром. Помогла одеться, вывела на улицу и усадила в машину. Красивую длинную машину с открытым верхом. Решительно сжала зубы и включила скорость…
Длинная дорога наверх, полоса асфальта серпантином поднимается в гору. Бескрайний лес, голубое небо… Краешек сознания отметил лес и небо — это отвечало вселенной внутри. Потом снова ушел в глубину.
Машина остановилась на самом верху. Девчонка долго смотрела на Сергея, в глазах плясали дикие огоньки. Потом резко вдавила педаль скорости…
Полотно дороги рвалось навстречу, по сторонам мелькали деревья, ветер хлестал лицо. Резкий вираж — бросает к двери. Все сильнее разгон, перегрузка вжимает в кресло, деревья превращаются в сплошной зеленый покров — девчонка что-то дико кричит, пригибаясь к рулю. Неожиданно деревья исчезают, распахивается открытое пространство — мост и горная речка впереди… Бешено взвывает двигатель, перегрузка вдавливает грудь — в последний момент отрешенное сознание выхватывает факт — моста нет… Разрушен. Огромный провал — и грохочущая далеко внизу вода…
Машина взвивается в воздух…
Все внутри ухнуло вниз — Сергей закрыл глаза….
Вот и конец. Ты этого ждал. Секундная невесомость, последний вздох этого мира. Плавный момент истины. В черноте возникло страшное, белое как снег лицо, красные кровяные глаза — щерятся в злой ухмылке черные зубы… Ты ждешь меня? Я тебе нужен? Рядом проявляется жабья морда Дагона — запрокидывает голову и начинает хохотать… Тварь. Не дождешься…
Резкий удар колесами с другой стороны — машина изо всех сил тормозит, на полной скорости разворачивается вокруг себя и замирает, подняв густое облако пыли…
Полная тишина. Глубокое дыхание девчонки, и пение птиц в кронах деревьев… Сергей натужно выдохнул и посмотрел на руку — пальцы чувствительно дрожали. Водительница обессиленно уронила голову на руль…
Через минуту донесся рев быстро приближающихся моторов — из леса на полном ходу вылетела машина, за ней вторая, — резко затормозили рядом… Хлопнули дверцы — воздух затрясся от дикого шума и криков… Хлесткий звук пощечины, потом еще и еще… 'Как ты могла?!!' Зашлась в истерике женщина с проседью, округлились от бешенства глаза отца, покраснело как у рака лицо брата, запнулась на полуслове вторая сестра… Ужас пережитого просто рвет воздух на части…
