В понедельник, во время урока, я не могла смотреть на Лукаса, не вспоминая субботнюю ночь. Его замаскированные взгляды заставили меня предполагать, что у него была та же проблема. После того, как я поймала его за сверлением взглядом дыр на затылке Кеннеди, я больше не поворачивалась. Когда класс закончился, Кеннеди повернулся ко мне и улыбнулся. Я сжала губы в линию и отвернулась, собирая вещи. По множеству причин мне бы хотелось, чтобы этот курс и семестр побыстрее закончились.
— Можно я кое-что скажу — твой бывший, конечно, красавчик, но он выглядит, как самодовольный придурок. — Бенджи засунул свою тетрадь на спирали в рюкзак, который выглядел так, как будто в любую минуту готов лопнуть от набитых в него бумажек.
Я застегнула свой рюкзак.
— Ага, это точно. — Мы дождались, пока Кеннеди прошел мимо, прежде, чем двинуться вперед по ряду, и я нарочно отвела глаза. Я немного волновалась о его заявлении, о том, что мы поговорим, когда оба будем дома; я не могла представить, что такого он мог мне сказать, что я желала бы услышать.
Мы следовали за нашими оживленными сокурсниками, обсуждающими предстоящие длинные выходные, и Бенджи поделился со мной, что он полетит в Джорджию, чтобы поговорить с отцом — единственным членом его семье, кто еще не был в курсе.
— Мама знала, что я гей еще когда мне было тринадцать.
Я волновалась за него.
— А твой отец, он… расстроится?
Он улыбнулся.
— Я думаю, что он знает. Он просто не уверен, значит ли это, что я появлюсь в платье или что-то вроде. — Я представила Бенджи в платье, и не смогла сдержать смех от этой картины. Он тоже засмеялся и добавил: — Ага, я знаю.
Лукас уже ушел, или, по крайней мере, я так думала, пока мы с Бенджи не вышли из класса в хаос коридора и я не заметила его, облокотившегося на стену, около двери, которой я обычно пользовалась, чтобы побыстрее сбежать из этого здания. Он наблюдал за нашим приближением, но казалось, что он также наблюдал за всем вокруг. Я подумала, что, скорее всего, он проверял нет ли поблизости профессора Хеллера.
— Ты так и не сказала ему, что знаешь, так ведь? — спросил Бенджи уголком его рта. Я покачала головой. — Не заставляй его долго мучиться. Он выглядит как-то ранимо.
Я хихикнула.
— Ага. Сильный, накачанный парень, как он — натренированный бить других, и врущий девушкам о том, кто он на самом деле — такой ранимый.
Он сжал мою руку повыше локтя и улыбнулся.
— Он либо еще один придурок среди всех придурков до него, либо его лжи есть причины.
Я вздохнула.
— Как бы мне хотелось уметь читать мысли.
— Может если бы ты умела, тебе бы не хотелось знать, что там внутри.
— Если я вообще когда-нибудь это узнаю.
Бенджи пожал плечами в знак согласия и продолжил свой путь дальше по коридору в сторону южного выхода, повернувшись только, чтобы сказать:
— Хороших выходных, Жаклин.
— Тебе тоже.
Я подошла к Лукасу и он повернулся, чтобы следовать за мной, наклоняясь вперед только, чтобы открыть дверь.
— Мы можем увидеться сегодня? — пробормотал он.
