Из-за спины Грядищева выдвинулся Василий Николаевич и зачитал:
– Триколор, городской герб, андреевский, знамя победы, флаг ФСБ, ФАПСИ, ЮНЕСКО, МВД, областной, вон, кажется, вертолет МЧС приземлился.
– Пока хватит. Виноградов, поднимай флаги, триколор и городской на одно полотнище выше остальных, подойди к Пичугину, кровь из носа, чтобы бойскауты охраняли флагштоки. Да! Пускай им Пешеходов кортики выдаст. Под мою личную ответственность, но если что, Пичугину голову откручу. Где научная экспедиция?
– На периметре.
– Как вернутся, в штаб. Оперативка через пять минут. Семенов.
– Я, – выплыл из толпы один из двух молодых людей, с трудом умещавших грудную кубатуру внутри безразмерных пиджаков.
– Бегом на периметр, Федоткина и Вангера на оперативку.
– Слушаюсь, Илья Петрович.
– Вы мэр?
Грядищев повернул голову, и это движение мгновенно было повторено всей его кавалькадой как хорошо отрепетированное па прекрасным танцевальным ансамблем. Перед ними остановилась странная процессия, состоящая из трех, взопревших от непосильной ноши сержантов и высокого худого майора с некачественными усиками и глазами председателя колхоза, все еще уверенного в том, что пшеница растет по команде: «раз-два».
– Да. Я мэр этого прекрасного города. Илья Петрович Грядищев. А вы кто? И как попали за оцепление?
– Майор Калушенко. Посланы к вам, можно сказать, с неба. Министерство по чрезвычайным ситуациям. Хотел бы приступить к руководству.
– К руководству чем?
Калушенко сделал паузу. Урожай почему-то не давал всходов. Он моргнул несколько раз, глядя в участливые глаза мэра, и объяснил медленно и более доходчиво:
– К руководству чрезвычайной ситуацией, возникшей в связи с падением на ваш город небесного тела. Предположительно – метеорита.
– Ах, вот вы о чем? – Грядищев рассмеялся, обнял Калушенко за плечи. – Непременно! Как только возникнет чрезвычайная ситуация. Пока все идет по плану. Ну, вы же должны быть в курсе? Вы же посланы к нам небом, просите, с неба. Согласно законам небесной механики по расчетной траектории на наш город упал метеорит. Не могу сказать, что мы его ждали именно сегодня, но где-то предчувствовали. Что-то такое должно было произойти. И мы не ошиблись. Никто не погиб. Практически ничего не разрушено. Все в полном порядке. Мы на то здесь и поставлены, чтобы никакая чрезвычайная ситуация не произошла! Но, если она все же случится, вы непременно приступите к руководству. А пока, пожалуйста, вон к той палатке с буквами МЧС. Обживайте командный пункт.
– Не понял! – удивился Калушенко. – А как же? Указания? Команды? Связь?
– Факс вас устроит?
– Да. Но…
– Никаких «но»! Гусев!
– Я! – шевельнулся второй предмет мебели в окружении Грядищева.
– Покажите майору Калушенко его командный пункт. И солдат разгрузите и накормите. И дайте ему факс!
– Но в его палатку не проведена телефонная линия.
– Это мы обсудим после, вы факс ему дайте…
– Ну? – Гусев смотрел в лицо немаленькому Калушенко сверху вниз под углом сорок пять градусов. – Изволите пройти?
Калушенко молчал. По нему только что проехал танк, и гусеницы отпечатались у него на груди. Сердце стучало медленно и с оттяжкой и все время попадало по вискам.
– Павлик!
Наташка высунула из-за спасительной калитки нос.
– Чего тебе?
Антон Брысин сидел на траве у забора, закрыв невидящие глаза, и молчал.
– Он спит?
– Не знаю, – Павлик присел на корточки, пригляделся. Какое это было странное и жуткое зрелище – заплаканный мужчина. Почему-то раньше он думал, что плакать умеют только женщины и дети.
– Павлик! Он спит?
– Отстань, малявка.
– Павлик. Может быть, он уже умер?
Антон шевельнулся, подтянул к подбородку колени и сжался в несуразный угловатый ком.
– Лучше бы я умер. А, может быть, я уже умер?
– Не обращайте внимания, – извинился Павлик. – Она маленькая. Дурочка еще.
– Лучше быть еще дурочкой, чем уже дураком! – подала голос Наташка.
– Кажется, я смогу оценить только второе, – сказал Антон и, цепляясь за штакетник, встал. – Пошли.
– Куда? – удивился Павлик.
– Ты что, не слышал? Здесь где-то рядом упал метеорит. Пошли туда.
– Но вы же ничего не видите?
– Ты меня поведешь.
– Да? – в голове Павлика мелькнула жуткая сцена из книги «Остров Сокровищ», в которой мерзкий и страшный слепой вцепился железными пальцами в плечо главного героя. Эта перспектива не вызвала у него энтузиазма, он огляделся и увидел Наташку, жаждущую приобщиться к взрослой жизни. – Эй. Наталья.
– Чего?
– Хочешь посмотреть на метеорит?
– Ну.
– Бантик давай.
Наталья с некоторым недоверием и опаской стянула с косички полуразвязанный бантик и осторожно передала его Павлику. Павлик намотал один конец на руку, а второй сунул Антону.
– Что это?
– Это бант. Лента. Будете держаться, чтобы знать куда идти.
– Я не знаю, куда идти.
– Здрасьте! – возмутилась Наташка. – Начинается! Ну-ка, давай сюда бант!
