Мы разработали форму специально для действующей в условиях крымской степи армии: легкие суконные куртки светлых тонов, удобные и прочные штаны, каскетки с лопастями наподобие тех, что когда-то ввел одноглазый Потемкин, сапоги, портянки взамен дорогущих и непрочных чулок. Тут я вновь вернулся к задумкам, которые появились у меня во время подготовки проекта по созданию роты дворцовой стражи. Вспомнил о шинели и предложил полностью заменить ею непрактичные плащи-епанчи.
– А не слишком ли мужицкий вид получается? – покрутил носом элегантный и надушенный Ласси.
– Молодцу все к лицу, а на корову никакое седло не приспособишь, – парировал Миних. – Если начнем лупить турку в хвост и гриву, все так переоденутся, даже цесарские модники. Гвардии можно оставить мундир прежнего образца. Пущай петухами ходят, – пошутил он.
– Для гвардии можно пошить мундир особого типа, удобный, но более нарядный, – обиженно выступил Бирон.
На том и порешили.
Комиссия подсчитала затраты на обмундирование, вышла вполне приемлемая сумма, тем более, что мы решили полностью отказаться от страусиных перьев, пышных плюмажей, шитья золотом и серебром.
Обоим фельдмаршалам понравилось введение погон, которые позволяли моментально определять чин офицера. Я честно слизал все просветы и звездочки с армии двадцать первого века, хотя пришлось повозиться, многих званий в моем прошлом не существовало. Скажем, не было деления на премьер– и секунд-майоров, капитан-поручиков и так далее. Но голь на выдумку хитра, так что с этим управились.
Миних, у которого уже был печальный опыт крымской кампании, с удовольствием принял решение отказаться от напудренных париков и ввести для рядового состава обязательную короткую стрижку.
Он с какой-то мальчишеской радостью окунулся в реформирование. Я опасался, что у них с Густавом Бироном вновь начнутся трения, но обошлось. Увлеченные общим делом, они вместе просиживали от зари до зари, порой ругаясь до хрипоты, отстаивая одним им ведомые нюансы, но потом приходили к компромиссу.
– Обязательно уберите у нижних чинов шпаги, – говорил Миних, выкуривая трубку за трубкой. – Ни к чему таскать в походе такую тяжесть. У себя в армии я велел складывать все шпаги в обоз и не обременять солдат лишним весом.
– А чем обороняться после того, как патроны расстреляны? – спрашивал Густав Бирон.
– Багинетом колоть, разумеется, – удивленно поднимал вверх брови фельдмаршал.
– Тогда уж штыком, – вмешивался я. – Пусть у солдата будет возможность одновременно стрелять и колоть.
Удивительно, но и фельдмаршалы, и подполковник, казалось, забывали, что перед ним офицер намного младше по чину.
Мы рассматривали штыки с креплением прапорщика Козыренкова, опытная партия которых недавно была изготовлена в Сестрорецке. Миних лично наколол соломенное чучело и остался в полном восторге:
– Пущай мастеровые наделают таких числом поболе. Тут мы всех обскачем.
– Еще каждому солдату надо изготовить фляжку для воды, можно делать ее из жести или из бересты. Как будет сподручней, – сказал я. – Саму воду обязательно кипятить, чтобы потом животом не маяться.
– Верно толкуешь, барон, – кивнул Миних. – Токмо прикладываться к фляжке надо с умом, чтобы на переход от привала к привалу хватило.
Понравились комиссии и полевые кухни, призванные заменить артельные котлы. Тут уж, чего греха таить, я воспользовался служебным положением и передал крупный подряд Куроедову, который обязался в сжатые сроки развернуть производство и обещал денег не жалеть.
– Если какая-нибудь сволочь начнет мешать, дай знать, мы его в порошок сотрем, – сказал я Фоме Ивановичу, памятуя, что наши чиновники могут загубить любое хорошее начинание.
– Вот те крест, Дмитрий Иванович. Да не изволь расстраиваться. Я сам из него душу выну, – поклялся Куроедов.
Как нельзя кстати закончил свои изыскания капитан Анисимов. Благодаря разработанной им пуле, солдаты могли стрелять на значительно большее расстояние.
– Отлично, – хлопнул его по плечу Миних, – пущай в документах всех энта пуля твоим именем называется.
Польщенный капитан скромно улыбался. Его ждали заслуженное повышение в чине и немаленькая денежная сумма, выделенная Густавом Бироном из собственных средств.
– Теперь как бы такое сделать, чтобы секретная пуля не попала другим державам, – крепко задумался Ласси.
С этим горем вызвался помочь Ушаков. Иностранные посланники по своим каналам быстро разузнали о чудо-оружии и захотели раздобыть образцы. Тогда генерал-аншеф через доверенных людей подсунул им по нескольку экземпляров пуль, которые, по заверению Анисимова, хоть и летят на далекое расстояние, но гарантируют разрыв фузеи в пяти случаях из десяти. Один из образцов понес к чересчур любопытному ростовщику Пандульфи капитан-поручик Басмецов.
Надеюсь, полевые испытания быстро отобьют у иноземцев интерес к русским разработкам, хотя бы на некоторое время. Пока что нам лучше оставаться в амплуа ни в чем не сведущих лапотников. Дескать, чего ждать от этих русских…
