Я побежала по тропинке назад, прижимая к груди свой лук. А жизнь‑то налаживается! Мирайа сортировала на крыльце какие‑то травы. Услышав скрип калитки, она подняла голову и улыбнулась теплой улыбкой. Лорин крутился возле хозяйки дома. Мальчишка скосил на меня синие глаза и насмешливо сощурился… 'Похоже уже привык к моему неприличному виду', ‑ с усмешкой подумала я.
– Лорин мне все рассказал, ‑ улыбнулась Мирайа, ‑ поздравляю, отличный выстрел!
– Спасибо!… а тебе лука не жалко? ‑ полюбопытствовала я у мальчишки.
– Нет, я уже в прошлом году на охоту с отцовским ходил, ‑ честно ответил Лорин, ‑ а этот дома лежал. Жало ‑ хороший лук, ты ему понравилась. Будь ему доброй хозяйкой.
– Я постараюсь, ‑ искренне улыбнувшись мальчишке, вошла в дом.
Когда я выбралась на крыльцо с птицей в руках, Лорин уже ушел. Уточнив у Мирайи, где ощипывать животинку, и нужны ли ей перья, я получила корытце и наказ сложить отдельно длинные перья и пух. Чем, собственно, и занялась в последующий час.
Чихая, отплевываясь, и тихо матерясь, вспоминала науку ощипывания крылатой добычи и пыталась составить планы на будущее. Итак, завтра мы с Тумаром выезжаем в Большие Сотки на ярмарку. Три дня пути. На ярмарке он задержится на двое суток, т.е. за это время надо успеть продать достаточно своего барахла, чтобы хватило денег на лошадь. Сама я выбрать не смогу, втюхают какую‑нибудь клячу. По заверениям Мирайи, имеющегося у меня золотого запаса вполне хватит на приобретение лошади и экипировки, а так же оплаты места в караване до Тирилона. А если поторговаться как следует, то еще и останется маленько. Я растянула рот в довольной усмешке. Чтобы московский менеджер да плохо торговался… гы! Не на того напали! Вот только надо еще найти караван, который согласился бы взять к себе такую обузу как иномирянка. Мда… насыщенная программа…
Я одобрительно осмотрела свою работу, стряхнула остатки перьев в корытце и побрела к дому. Мирайа суетилась у печки. Увидев меня, она кивнула на разделочную доску и нехилый тесак, маскирующийся под скромный кухонный ножичек. С опаской взяв в руки это орудие убийства, я стала разделывать птичий трупик. Ведьма собирала ароматные травы в глиняный горшочек, с улыбкой посматривая на меня. Через несколько минут, аккуратно нарезав птицу крупными кусками, я отложила нож и пошла мыть руки, а Мирайа занялась готовкой.
День как‑то незаметно пролетел, и солнце клонилось к закату. Выбравшись из дома, уселась в позу лотоса на ступеньках крыльца, бездумно смотря в горизонт. Все это время я гнала от себя мысли о том, что произошло. О родителях и младшем братишке, которые сходят с ума, обзванивая больницы и морги. О коллегах и друзьях, которых моя обеспокоенная мама наверняка поставила на уши. Грустно улыбнувшись, тряхнула головой. Хватит! Пока не могу ничего изменить, глупо себя терзать! Найду Мастера Вероятностей, тогда и буду думать. Боль не ушла, просто свернулась черной кошкой и погрузилась куда‑то в глубину. Я прикрыла глаза и расслабилась, слушая ветер и звуки близкого леса.
В глубине дома что‑то грохнуло, раздался недовольный комментарий ведьмы. Я, вздрогнув, очнулась от раздумий, поднялась и быстро вошла в дом. Мирайа стояла на деревянной лестнице, напоминающей стремянку, и что‑то искала на верхней полке огромного шкафа.
– Мирайа, вам помочь?
– Не надо, я уже нашла, ‑ пропыхтела ведьма и вытащила наружу огромный тюк. Я подхватила его снизу.
– Уф… Спасибо, дочка…
Моя хозяйка осторожно спустилась с лесенки.
– Что там? ‑ полюбопытствовала я.
– Кое‑что тебе в дорогу. Не могу же я отправить тебя в таком виде, ‑ кивнула Мирайа на мои джинсы.
Я ощетинилась ‑ чем это, спрашивается, всем не угодили мои любимые штанишки?! Видя мою реакцию, ведьма засмеялась:
– Тебе очень идут эти странные брюки, просто в пути они могут создать немало проблем. Это слишком откровенный наряд.
– Да это очень скромный наряд, видели бы вы как у нас другие ходят!‑ попыталась я защитить свои джинсы.
– У вас, может и ходят, а здесь лучше так не выделяться! ‑ отрезала ведьма.
Я покорно кивнула, вспомнив первую реакцию на меня Лорина. Будь на его месте взрослый мужчина, у меня действительно могли бы возникнуть проблемы. Мирайа развернула сверток.
– Вот, примерь!
Грустно вздохнув, я влезла в безразмерные кожаные порты неопределенного происхождения. Сверху это безобразие прикрыла кожаная куртка до колена. Богатая палитра оттенков детской неожиданности куртки идеально сочеталась с грязно‑коричневым колером брюк. Единственными плюсами данной одежды были, по моему мнению, ее практичность и удобство ‑ она совершенно не сковывала движения. Брюки были в самый раз по длине, а у куртки нам пришлось укоротить рукава. Помимо куртки и брюк в тючке оказался плащ с капюшоном, прокрашенный в оттенки камуфляжа, и небольшой рюкзак с множеством отделений. Кроссовки я отказалась менять наотрез.
