Через переезд каждые 1,5–2 часа следует состав. Немцы вывозят в больших количествах различные продукты, технику и сырье, включая металл, уголь и древесину.
Не упустили и такой любопытной детали. Два раза в день немцы заставляют пленных вручную проталкивать с переезда через мост пустые «полувагоны» на шахту БИС-4 для погрузки угля. Когда на шахте заполняется пять вагонов, приходит паровоз. На паровозах работают местные железнодорожники, а охрану несут немцы. Через полчаса приводят пленных, их обычно ведут строем по двое, всего 16 человек, сзади сопровождают два немца с автоматами, летом с собаками, а сейчас нет.
Посоветовавшись, приняли решение: у эстонцев отобрать оружие, связать их и затолкать под нары в сторожевой будке. Двоих разведчиков переодеть в немецкую форму и оставить в сторожке у дежурного. Немецкие машины, как правило, на переезде не останавливались. Дежурного я проинструктировал, как вести себя в различных ситуациях. При этом наказал своим разведчикам уничтожить его без предупреждения, если заметят что-то подозрительное в его поведении. Мы отошли к навесу, куда приводили пленных и укрылись за щитами от снежных заносов. Время шло медленно, нервы были напряжены до предела, постоянно беспокоила мысль: вдруг не удастся убрать немецкую охрану без шума. Шум мог всполошить немецкую охрану на мосту, и ее пришлось бы выбивать с боем, а это взбудоражило бы всю округу.
Наконец показалась группа пленных с конвоем. Конвоировали их не два немца, а три. Роли по уничтожению конвойных быстро перераспределили. Поравнявшись с будкой на переезде, один из немцев направился к ней и зашел в дежурку. Там его уже «ждали» наши разведчики, и все кончилось без шума. Когда «хвост» группы пленных поравнялся с засадой, с немцами было покончено вмиг.
Пленные заволновались; когда мы перебили охрану, некоторые пытались бежать, пришлось пригрозить расстрелом. Собрав их вместе, я объяснил, что они должны делать, как вести себя.
С одной стороны, все казалось просто. Наши солдаты и офицеры, бывшие пленные, как обычно толкают полувагон в направлении моста. Наши разведчики сидят сверху в открытом полувагоне, и, как только он поравняется с постом наблюдения у моста, трое разведчиков, переодетых в рваные шинели пленных, снимают без шума часового. В это время из вагона выпрыгивают несколько разведчиков и блокируют землянку.
Пленные с нашими разведчиками продолжают толкать вагон дальше через мост ко второму посту наблюдения и проделывают аналогичную операцию. Все так и произошло: просто, буднично, как на обычной работе. Война — это тяжелая работа, и выполняли мы ее без показухи, на совесть.
Когда вагон прошел мост и поравнялся с полицейским постом, разведчики прирезали охранника отработанным ударом ножа сзади через правое плечо. Правильно выполненный удар обычно поражает сразу в сердце и не вызывает шума.
Часового «убрали», разведчики выпрыгнули из вагона через борт, бросились к землянке и тут произошло замешательство: позади землянки сидел фельдфебель, повернувшись к разведчикам голым задом. Убивать им приходилось по-разному, в различной обстановке, но так … — первый раз. Когда он увидел наших разведчиков, поднял руки, что-то забормотал, штаны спущены на коленки… В таком виде он и отправился в «лучший мир».
Когда в землянке перестреляли полицаев, одного не досчитались. Поняли, что он ушел на хутор за самогоном и провиантом, так как время подходило к обеду.
Бывшие пленные оттолкали вагон на запасной путь и вернулись к нам. У них было очень сложное положение. Все зависело от того, какое я приму решение. Им было приказано взять оружие, кто хочет его иметь, переодеться в теплое обмундирование, конфискованное у убитых немцев и полицаев, разделить все продовольственные запасы.
Одного разведчика, переодетого в немецкую шинель, поставили на пост у моста. Сержант Старостин вошел в землянку и из автомата перестрелял всех дремавших полицаев и немцев, сидевших за столом. Когда подсчитали убитых, одного полицая тоже не оказалось. Разведчики предположили, куда он ушел, но забеспокоились, что могли прозевать его или что он мог слышать выстрелы, будучи недалеко от землянки. Тем не менее они поступили правильно: у моста поставили часового в немецкой шинели, трупы раздели и выбросили в овраг, оружие собрали, усилили наблюдение.
«Наш» полицай пришел быстро и, ни о чем не подозревая, с восторгом и поднятой бутылью самогона ввалился в землянку. В мешке за спиной у него лежало сало, украинская домашняя колбаса, свежий хлеб, жареная свинина, лук и чеснок. Все это было кстати. Отправив полицая в иной мир, мы наскоро перекусили вместе с освобожденными пленными.
