После встречи с королём я не стал задерживаться в столице, нужно было срочно сообщить новости моим командирам.
До Сартаиса было дольше добираться, и когда я прибыл, уже была вторая половина дня, и дело шло к вечеру.
Я всё равно собрал командующих подразделениями и объявил о временном перемирии. Сказал, что затишье наступит через три дня, а сколько оно продлится неизвестно. Но всё то время, пока будут идти переговоры… И пока неизвестно, когда их планируют закончить.
Многие командиры недовольно зашумели. Я знал, что они говорили то же самое, что и я сказал королю, что то, что мы сейчас остановим наступление, лишит нас преимущества.
Вторя моим мыслям, дер-коммандеры один за другим повторяли:
— Это хитрость. Они попытаются нас обмануть.
— Это приказ короля, — напомнил я.
Приказ Раэндира был прозрачен, в полдень третьего дня остановить военные действия. Они могут быть возобновлены только в случае нарушения условий второй стороной. Я дал приказ обсуждения прекратить, военный режим не снимать, но наступление остановить.
После совещания решил пойти отдохнуть. Всё же двое суток почти без сна, да ещё и с портальными переходами сказывались даже на мне. Но вдруг увидел дер-коммандера Фарера, который с букетом наперевес куда-то спешил.
— Дер-коммандер, стоять! — скомандовал я.
Фарер с недовольным лицом обернулся. Мы всё ещё были в форме, и, хотя я видел, что ему хочется проявить фамильярность, он сдержался.
— Слушаю, дер-генерал, — произнёс он.
— Куда направляетесь, дер-коммандер? — всё так же сухо и по-военному чётко спросил я.
— На свидание, дер-генерал. У меня сегодня увольнительная.
— Свободны, Фарер, — сказал я, но тоже решил прогуляться до госпиталя. Намеренно пошёл медленнее, пусть Фарер объяснится со своей сиделкой, а я успею взглянуть.
Остановился на Центральной улице, перекусил ореховой лепёшкой. Это был местный деликатес, орехи махами* росли только в этих горах. Конечно, их можно было доставлять и в другие части страны, но из свежих орехов лепёшки делали только здесь. Это было сытно и вкусно.
Через некоторое время подошёл к госпиталю. По моим расчётам, Фарер уже должен был вручить свой букет загадочной сиделке. Но, как ни странно, я увидел Фарера с понурым видом, выходящим из госпиталя. У букета тоже был понурый вид.
— В чём дело, Фарер? — спросил я.
Он даже вздрогнул, видимо шёл задумавшись, и от громкого вопроса дёрнулся, как будто просыпаясь.
— Не улыбнулось мне счастье, дер-генерал, — сказал Фарер, и выбросил букет в ближайшую урну. Затем быстро зашагал прочь.
Я подумал: «Ну надо же, это кто же там такая, что отказала самому знаменитому покорителю женских сердец, лорду Фареру? Наверное, нужно зайти и посмотреть самому».
Я уже сделал шаг на ступени крыльца, чтобы зайти в госпиталь, как вдруг со спины раздался голос Фарера:
— Не советую, генерал.
— Вы же не думаете, что я боюсь отказов? — ухмыльнулся я.
— Нет, конечно, — ответил Фарер и грустно добавил: — Сиделка оказалась вдовой, и просила её оставить в покое.
Я остановился, разворачиваясь:
— Ну, тогда и я не пойду смотреть на эту вашу сиделку.
— Дер-генерал, — вдруг озорно сверкнули глаза у Фарера, — а не пропустить ли нам по кружечке?
Он вздохнул, явно имея в виду свою неудачу на любовном фронте, и добавил:
— В честь перемирия.
И вдруг у меня за спиной с громким хлопком раскрылся экстренный портал.
И вдруг у меня за спиной с громким хлопком раскрылся экстренный портал.
Я обернулся и увидел, как оттуда выходят люди и несут кого-то на носилках. Запахло гарью. Они бежали по направлению к дверям госпиталя. Я ринулся вперёд, распахивая двери на всю ширину. Когда они проходили мимо меня, я посмотрел, увидел, что на носилках лежал окровавленный парень из магов.
— В чём дело? Что случилось? — спросил я у солдат, тащивших носилки.
— Наткнулись на диверсионную группу, — ответил один из них.
— Где?
— В семьдесят восьмом квадрате.
— Что они там делали? — удивился я.
В этом месте сплошной скальный массив. Мы даже форта там не ставили.
— Мы их и не ожидали, — сказал мужчина и вдруг закричал: — Эй, кто-нибудь!
Из коридора в больнице тут же выскочили две женщины. Одна небольшого роста, кругленькая, а вторая довольно высокая и выглядела весьма необычно. Даже серый халат лекарки смотрелся на ней как какой-то наряд.
Я повернул голову в сторону Фарера, он, не отрываясь смотрел на женщину.
Мимо нас пронесли ещё несколько носилок. Я подумал: «И это сиделка? Откуда Сайен только её взял? Ещё и в Сартаисе!»
Мы с Фарером зашли внутрь, стали помогать заносить раненых. Всего было шесть человек на носилках и двое легко раненые, шли сами.
Вышел лекарь Сайен, с ним ещё один лекарь. Я обратил внимание, что оба подошли к тому, кого внесли первым. А вот необычная сиделка стала быстро обходить носилки — один, второй, третий. За ней, словно хвостик, ходила вторая сиделка.