Я попробовала проползти к единственному свободному для меня выходу, к окну в спальне. В доме продолжались шорохи, штурмовик задевал ногами мусор на полу. Отсчитывая его шаги, я понимала, что ещё через три-четыре шага он зайдёт в комнату и увидит меня. На очередном шаге я просто подпрыгнула, опираясь руками на подоконник, и что есть силы вытолкнула тело наружу. Хорошенько приложившись боком о завалинку, цепляясь за траву, чтоб не откатиться далеко, я прижалась назад к брёвнам под окном, дабы мой уход остался незамеченным. Больше всего я боялась, что этот «гардероб» сейчас выглянет из окна и все мои старания падут прахом, как и старания командира: заложница в моём лице, для него стала бы крушением всех планов.
Андрэ стоял у входа в дом, я забежала за угол, из-за которого видела лишь часть его затылка. Чтобы привлечь его внимание, я подняла камешек и швырнула к его ногам. Командир слегка повернул подбородок в мою сторону, поднёс указательный палец к губам, и я затихла. Он снова не смотрел на меня, зачем тратить время на уточнение деталей, которые и так знаешь.
— Выходи, покойничек, не прячься, поболтаем, — послышалось за моей спиной. О, наш гость подал голос! Заманивает? Добрался, стало быть, до окна и идёт за мной. Я придвинулась ближе к спине командира, приготовившись быть застигнутой врасплох. Андрэ обернулся, поторапливая, протолкнул меня локтем мимо себя, пропуская внутрь дома.
Таким образом, обойдя вокруг дома, мы очутились на начальных позициях. Сколько бы мы не играли с преследователем в прятки, наши передвижения рано или поздно просчитают.
— Откуда ты узнал про этот дом? — начал диалог с гостем наш лидер, приходя к тому же выводу, что и я.
— Тебе уже не узнать, — ответил наш ночной гость.
Я выглянула из-за своего укрытия, чтоб увидеть, что там у них происходит.
Прекратив игру, командир медленно приближался к противнику.
— Не начинай, — хладнокровно посоветовал Андрэ, видя, как тот грозит ему обычным револьвером. Чего он боится? На нём же всё заживает, как на собаке! Пардон — на волке, наверное, оборотне… Тьфу, их эту сложную классификацию.
Гость молчал, он больше не утруждал себя болтовнёй, добившись основной цели — выманив Андрэ из дома. Они высились друг над другом, напуская устрашающий вид. Сошлись в битве два телеграфных столба…
Андрэ продолжал сближаться, обходя по дуге, не сводя глаз с рук нашего гостя. Я поняла, куда он клонит — постепенно он собирается припереть противника к стене.
Гость скоро осознал своё незавидное положение. В отчаянной попытке убежать, всем телом бросился на командира, видимо намереваясь свалить его, столкнуть с пути. Но Андрэ не так-то легко заставить потерять равновесие, гибким манёвром он изогнулся, пропуская нападавшего вперёд и подсёк носком начищенного чёрного сапога, разом подхватывая выскочивший из руки противника револьвер. На лице повалившегося на пол гостя, появилось крайнее удивление, Обезоруженный и поверженный, он лежал на траве. Я ухмыльнулась, — мог и сразу понять. Нет, этот «сапог» моему командиру не противник, нигде. Но как только я об этом подумала, этот гад приподнялся, выхватывая из штанов второй револьвер и выстрелил.
В командира он, конечно, не попал. Зато попал в опорную балку, державшуюся после наших «танцев» на честном слове.
Стена, за которой я в данный момент пряталась, обрушилась.
Убежать я не успела — не те рефлексы. Но смогла нырнуть вниз и поджать конечности, оказалась лишь слегка прижатой. Нужно выковыриваться из-под махины, пока не придавило окончательно. Выбравшись, заметила, что расклад поменялся: оба были на ногах, держали друг друга на мушке.
Внезапно откуда-то сбоку выскочил Кирка и с разбегу врезался в нашего гостя.
Андрэ в один прыжок оказался рядом, увернулся от двух прозвучавших выстрелов и произвёл свой. За пару секунд дело было кончено.
— Жива? — спросил Кирка, благоразумно отдалившись от парочки на максимально безопасное расстояние.
— Жива, — киваю с благодарностью.
Младший помог мне подняться. Старший в это время стоял над трупом о чём-то тягостно размышляя.
— Как он нашёл нас? — нет, ну конечно же я не из страха быть убитой, а из чисто женского любопытства интересуюсь.
— Я тоже хотел бы знать, — заметил младший.
— И я, — присоединяется командир, поднимая что-то с травы, пряча в карман, и внимательно нас осматривает.
— Всё нормально, мы целы, — заверяю на его немой вопрос.
Он кивает, задерживая на мне взгляд, не отпуская мои глаза. Пауза неловко затягивается.
— Самое время убраться бы отсюда, — вносит предложение Кирка, отыскав свой «бесценный» рюкзак перекидывает через плечо.
— Ничего не имею против, — с радостью поддержала я, не горя желанием устраивать ритуальное захоронение.
Спустя пару часов мы отошли достаточно далеко от дома с мертвецом, чтобы отдышаться. Ночь. Лес. Фонарь. Дорога. Обычный старый железный фонарь со стеклянными оконцами.
Кирка по-обезьяньи забрался наверх, открыл маленькое оконце и поджёг фитиль зажигалкой.
Стоит себе посреди леса светильник и освещает своим живым огоньком дорогу, и мы втроём расселись под ним.
