Кирка прикрыл дверь, отрезая нас от внешнего мира. Я чувствовала присутствие альфы неподалёку и становилось легче. Было бы ещё лучше, если бы он меня обнял. Но Андрэ боялся подходить близко, я это точно знала и не понимала его поведения. Но понимала, что должны быть веские причины, чтобы так резко блокировать эмоции с того самого момента, как переговорил с Иваном когда тот приехал за нами к Владимиру…
— Сегодня всё закончится? — уточняю я, скорее для собственного успокоения.
— Да, — ответил мой альфа.
Я набрала в лёгкие побольше воздуха и медленно выдохнула.
— Не нервничай, — попытался успокоить Кирилл.
— Нервничай, — посоветовал со знанием дела Андрэ.
Тихонечко постучался Иван, и Андрэ кивнув ему, бросил последний взгляд на окно:
— Кирка, как получишь сообщение, закрывай круг. Но сначала прислушайся, раньше времени не закрой. Вика, — я резко подняла голову на его голос, его глаза… — будь осторожна, пожалуйста. Кирка!
— Понял, — Кирилл собран и готов к схватке. — Да вали уже!
Несколько часов мы просидели в темноте, не произнося ни слова, чтобы не наводить злоумышленников на след. Это делалось умышленно. Как выразился Андрэ: чем больше «посуды побьёт этот слон», добираясь до нас с Киркой, тем легче его будет взять.
Секунды тишины складывались в минуты. Минуты в часы. Кажется, Кирилл уснул, не двигая ни одним мускулом, но я знала — это не так. Он слушал. Он готов в любую секунду взлететь с места и броситься на помощь брату. Я всё понимала, и пыталась терпеть, по возможности не нарушая их планы, хоть всё и затекло без движения, того и гляди — сведёт судорогой.
Блёкло сверкнул телефон Кирилла в беззвучном режиме. Тот, прочитав сообщение, спрятал его в карман.
— Пора замыкать круг. Сиди тихо, — чуть различимо прошептал он.
Я с готовностью закивала, мол, с места не сдвинусь, самоубийца я что ли.
Мальчишка исчез в темноте. А мне стало страшно, по-настоящему. Откинув голову назад, к стенке шкафа, я закрыла глаза, унимая сердцебиение.
Сейчас я не могла разобрать чья это тревога — моя или Андрэ.
И опять я и пикнуть не успела, как заткнули рот чем-то мокрым. Отключилась также безмолвно.
В себя пришла оттого, что в рот полилась тягучая горькая жидкость, от которой в глотке всё моментально связало. Глотать эту отвратительную субстанцию не было никакого желания, но рефлексы сработали против меня.
Безудержно откашливаясь я открыла глаза, силясь понять, где всё-таки нахожусь. Вытирая лицо от вонючей гадости, ужаснулась: руки были в крови! Меня поили кровью? То, что крепко держало меня всё это время — отпустило на свободу. И я безвольным кулём повалилась на пол. Паркет, знакомый наощупь и запах. Я всё ещё в резиденции?
Пискнул неизвестный телефон:
— Всё сделано, — отчитался за спиной голос Влады невидимому собеседнику.
А затем я снова провалилась в пустоту…
Как приятно, моя голова нежилась на неизвестных коленях. Чья-то мягкая женская рука огладила мои волосы, как мама… я грелась на волнах этой ласки. Пока секунду спустя не слетела с оглушительным грохотом на грешную землю: желудок скрутило так, что я застонала, а затем перевернулась на четвереньки, сил терпеть больше не было.
Дрянь, которой меня поили была ярко-алой, но полоскало меня чем-то чёрным, похожим на смолу.
— Твоё тело пытается восстановиться, — произнёс знакомый бесполый голос, и я наконец, слезящимися глазами разглядела Даниэля. Так вот почему я приняла руку за женскую. Он по-прежнему выглядит странно: то ли человек, то ли фантастическое существо. Они все присваивали ему мужской род, но так ли это? Имя, в конце концов у этого «пришельца» универсальное.
— Оно стремится вернуться в привычное состояние, но связь уже разорвана. Успокойся. Хватит, пока не погибла, — он коснулся моего лба. — О, да ты совсем пуста, не дёргайся.
Я начала приходить в себя и осознавать окружающий мир. Просто перестала концентрироваться только на его чудном лице. Всё вокруг ожило и замельтешило: персонажи, голоса, появился свет. Комната Андрэ.
Кирилл ругался пятистопным ямбом, доказывая Дмитрию какие-то свои важные истины. Андрэ метался по комнате словно зверь в клетке. Увидев, что я пришла в себя, он опустился передо мной на колени выхватив из рук Лекаря:
— Жива? Что она тебе сделала? Что ты чувствуешь?
Я не могла сказать. Видела по безумным глазам, что он сходит с ума, но не ощущала его душу как раньше. Не ощущала той поддержки, силы, что альфа делился со мной постоянно через незримую нить нашей связи. Его теплота, нежность, они согревали изнутри, но я поняла только сейчас, когда всё пропало. Стало как до встречи с ним. Тот омут из пустоты, тоски, боли, безысходности… я снова тонула в нём. Иванычу не понравится… он столько сил тогда приложил, за уши меня вытаскивал.
— Андрэ, это Влада… — из последних сил выдавила я самое важное из воспалённого, обожжённого словно кислотой горла, глядя ему в глаза.
