Уникальная девушка вообще все понимала без слов? Метнувшись в комнату, Агафья вернулась с куском плотной льняной ткани, которую сотник обмотал вокруг пояса, прижимая сосуд и плотно завязал.
– Сегодня ужином уже дайте лекарство, – напутственно сказал я.
Военные пошли к выходу, я решил выйти с ними. В голове вертелись разные мысли, которые пока не складывались в общую картину.
– Простите, господин сотник, – не придумал я лучшего обращения. – Вы же понимаете, что нельзя одновременно получать и яд, и лекарство?
В который раз уже поразился пронзительному взгляду, за серыми глазами начальника отряда явно крылся очень острый ум.
– Сие понятно есть, – кивнул сотник. – Для того царь и скрывается в монастыре, дабы прийти никто не мог и к питию не прикасался.
– Что ты можешь сказать про Бомелия? – спросил я, поражаясь собственной смелости. Ну как такое можно спрашивать у военного?
– Бомелий – государев лекарь, он готовил много ядов, что использовались против неверных бояр, – процедил сотник.
Я усмехнулся, ответил все верно, не к чему придаться. Но в каждом слове сквозило не просто подозрение, а неприкрытая ненависть.
– Для чего спрашиваешь? – посмотрел мне прямо в глаза сотник.
– Хотел убедиться, что царского лекаря не будет в монастыре, пока государь будет принимать мое лекарство, – ответил я задумчиво.
– Ведаешь, кто сие сотворить мог? – спросил сотник.
Так же, как и местные жители, я автоматически переводил устаревший русский язык на свой современный. Я вздохнул, принимая сложное решение.
Сам не знаю, почему я решил довериться чужому в общем-то человеку. Наверное потому, что кому-то я должен был рано или поздно начать доверять в чужом для меня времени среди незнакомых людей.
– Отравить государя мог только Бомелий, – размеренно сказал я. – Нельзя просто подмешать ртуть в напиток. Нужно приготовить сложный состав, который может сделать только опытный лекарь. На меня можешь не думать, меня точно не было здесь полгода назад. Больше некому.
– Истину глаголишь, сам такоже думаю, – спокойно ответил сотник.
Пронесло. На удивление военный не разозлился.
– Подкрепить слова свои сможешь? – спросил сотник.
Я понял, что речь идет о доказательствах. Понятно.
Хотел сразу отказаться, откуда у меня могут быть доказательства? Не мог же я сказать военному, что в моем времени во всех учебниках истории написано, что Бомелий имел большое влияние при дворе и готовил яды для неверных бояр. Версия о том, что сам Бомелий и травил Ивана Грозного ртутью, довольно часто встречалась, хотя доказательств, понятно не было.
Что-то внутри дернулось до того, как собирался ответить «нет». Внутреннее чутье, хваленная научная интуиция, которая помогала мне делать уникальные открытия, вступила в игру. Неожиданно, причем.
– Прямых доказательств у меня, конечно, нет, – вырвалось у меня. – Вот если я смогу попасть в лекарскую горницу и проверить составы и зелья, которые он готовил, смогу дать тебе точный ответ.
– Ежели посмотришь, что готовил царский лекарь, сможешь сказать, он отраву государю приготовил али нет? – переспросил сотник.
– Да, – уверенно кивнул я.
Идиот, да что такое со мной происходит? Ума точно лишился. Мало мне приключений, зачем я вступил в самый центр осиного гнезда? Дел что ли мало? Тем более, что сегодня ночью может быть совершено пятое убийство.
– Хорошо, лекарь, – задумался сотник. – Лекарство твое давать будем государю в точности как ты и сказал. Проверить зелья надобно бы, только как в горницу лекаря царского попасть? Дак и не в аптеке может яды он готовит, может в подвалах да в тайных комнатах. Тяжко найти будет, подумать надобно. Как управимся гонца пришлю, доставит тебя, чтобы зелья изучил.
«Зачем я это сказал? – пронеслось в голове. – Хотя сотник прав, не стал бы такой опытный медик яд из ртути у всех на виду готовить. У алхимика должен быть тайный подвал или комната, где секретные составы хранятся».
– Хорошо, – ответил я, кивая. – Сейчас важнее государя вылечить.
– Дай, Господи! – выдохнул сотник и повернулся чтобы идти.
Понятно, воеводская изба была всего в пяти минутах ходьбы, и ратники пришли к дому Петра пешком. В монастырь всяко уже на конях поедут.
Я выдохнул, зашел в горницу и чуть не наткнулся на Агафью, которая стояла прямо у входной двери с застывшим взглядом.
– Агафья, что с тобой? – удивился я, потому что не видел никогда девушку в таком состоянии.
– Господин лекарь, – пробормотала девушка. – Государь вылечится?
– Агафья! – сказал я строго. – Давай договоримся, то, что ты слышала нельзя никому говорить! Это тайна, поняла?
Девушка закивала головой. Надеюсь, поняла, что нужно сохранить все в секрете. Не хотелось бы, чтобы подобные слухи поползли по моей вине.
– Не в столице, – сказала тихо девушка, когда я повернулся, чтобы пойти к себе в комнату.
Я резко остановился.
– Что не в столице? – удивленно спросил я.
– Тайная комната зелейника не в столице, – повторила тихо девушка.
«Зелейник – отравитель», – пронеслось в голове.
– Агафья, стоп, еще раз, – медленно сказал я. – Ты знаешь что-то?
Девушка посмотрела прямо на меня, и уверенно кивнула.
