— Благородно, но безрассудно. То, что Макар сделал, достойно восхищения. Парень настоящий герой, ведь спас вас ценой собственной человечности.
Он встал и прошелся по кабинету, его голос стал глубже, убедительнее.
— Но именно поэтому мы должны уважать его выбор. Он сам отправил Виту и Виталика подальше, понимая, во что превращается. Знаете, на что это похоже? На укушенного, который уходит умирать в одиночестве, чтобы не навредить своим близким.
Лиза заметила, как тонкие нити от Рогова к Вите пульсировали, усиливая каждое слово.
— Есть трансформация, которую нельзя обратить, — продолжил Рогов, глядя на Виту. — Желтоглазые — это уже не те люди, которых мы знали. Это существа, для которых человеческая жизнь — всего лишь ресурс, источник энергии. Они убивают без колебаний, без сожалений. Макар понимал это. Потому и отослал вас.
Вита опустила голову, её плечи дрожали.
— Он мой брат, — прошептала она. — Он не мог просто…
— Именно потому, что ты его сестра, он не хотел, чтобы ты видела его таким, — мягко, но настойчиво сказал Рогов. — Это его последний подарок тебе — память о нем как о человеке, а не о монстре.
Он выпрямился и направился к двери, давая понять, что разговор окончен.
— Вита, тебе нужна медицинская помощь. Виталик, останься, мне нужно узнать некоторое дополнительные детали.
Лиза помогла Вите подняться, и они вышли из кабинета. Вита шла молча, опустив голову, слишком измотанная физически и эмоционально, чтобы говорить.
Только когда они отошли на достаточное расстояние от кабинета Рогова, она остановилась и потерла глаза.
— Я все равно не могу поверить, что Макара больше не человек. — произнесла Вита тихо, смотря куда-то перед собой. — Демьян Аркадьевич ошибается…
Лиза молча кивнула. Она не знала, что сказать — любые слова утешения прозвучали бы пусто. В голове крутился один и тот же вопрос: что мне теперь делать? Макар оставил их здесь под защитой этого человека, но теперь, после увиденного, Лиза сомневалась, что это было правильным решением. Эти странные нити влияния, способность манипулировать людьми — все это не сулило им ничего хорошего.
И главное — как ей теперь защитить Настю?
Виталик поправил ремень автомата и прищурился, глядя вдаль. Холодный ветер трепал волосы, забирался под куртку, пробирал до костей. Но физический дискомфорт был ничем по сравнению с душевной болью, разъедающей изнутри.
Прошли сутки с их возвращения на станцию. Сутки тяжелых мыслей, неотступных воспоминаний и гнетущего чувства вины. Вита не разговаривала ни с кем, запершись в крохотной каморке, которую им выделили. Она лежала, отвернувшись к стене, и только изредка вздрагивали плечи от беззвучных рыданий.
Виталик провел рукой по щетине, покрывавшей щеки — он не побрился уже второй день. Впрочем, какая, к черту, разница, если мир вокруг катится в пропасть? Отчеты патрульных становились все тревожнее: мертвяки сбивались в стаи вокруг Академической, словно чувствуя скопление живых. А звуковые приманки работали все хуже и хуже.
Мысли снова вернулись к Вите. Девушка винила себя во всем, что случилось. Раз за разом повторяла, что если бы не ее безрассудство, если бы она послушала Макара и не бросилась вперед, когда он чувствовал опасность и пытался ее остановить, все могло бы обернуться иначе. И самое паршивое — в глубине души Виталик считал, что она права.
Он помнил тот момент с кристальной ясностью: Макар, стоящий среди груды мертвецов, с желтыми, нечеловеческими глазами и странными черными венами, проступившими под кожей. Помнил ужас, сковавший тело, когда это существо, бывшее когда-то братом Виты, уничтожало зомби одним касанием, с какой-то первобытной яростью.
— Тяжелая ночка выдалась? — раздался голос за спиной, заставив Виталика вздрогнуть.
Он резко обернулся, вскидывая автомат, но тут же опустил его, узнав Демьяна Аркадьевича. Рогов стоял в паре метров, спокойный и собранный, как всегда. Виталик до сих пор не понимал, как ему удается так бесшумно подкрадываться. Сколько бы они ни пытались услышать его приближение, никому это не удавалось.
— Да, не спалось, — признался Виталик, возвращаясь к наблюдению за пустынной улицей.
Демьян встал рядом, доставая пачку сигарет. Щелкнула зажигалка, и воздух наполнился ароматом дыма.
— Как Вита? — спросил Рогов, выпуская струйку дыма.
— Всё так же, — Виталик сглотнул комок в горле. — Не ест, почти не спит. Только плачет.
Рогов задумчиво кивнул, глядя куда-то вдаль.
— Первая потеря всегда самая тяжелая, — произнес он негромко. — Но ей придется научиться жить с этим. Всем нам придется.
Они помолчали. Ветер усилился, принося с собой запах гнили — типичный аромат нового мира.
— Знаешь, я хотел поговорить с тобой кое о чем, — сказал вдруг Рогов, бросая окурок и растирая его подошвой ботинка. — О новенькой, Лизе.
Парень удивленно поднял брови.
— А что с ней?
— Киреев доложил, что она тоже получила способности, — спокойно сказал Рогов. — И нам важно использовать их с пользой для поселения.
— Что вы имеете ввиду? — Не понял Виталик.
