Самый плохой оказался юный Вахтан. У мальчика лопнула селезенка от сильного удара. По словам Зарвина, когда началось нападение они оба были на нижней палубе, потом их как самых юных оставили в тылу и когда офицерский состав перебили и пираты победили, их заставили таскать товары на пиратское судно. До этого момента Вахтан был цел и невридим, а вот что случилось потом, он не видел. Когда все товары перетаскали и развлеклись нашим с Тони выступлением, тем кто мог передвигаться самостоятельно милостиво разрешили перейти на пиратский корабль в плен. Из способных оказались Томас, Филипп и Зарвин, тогда то матрос и приметил товарища согнувшегося пополам возле свереутого каната. Недолго думая он подхватил его и практически на себе внёс на пиратское судно.
Ушиб у парня оказался очень неприятный, пожалуй таких последствий от удара я ещё не видела. Внутренние органы отбиты, селезенка лопнула, а внешне весь корпус спереди сплошной синяк. Чудо, что он не скончался на месте от кровопотери и остановки сердца. Мне пришлось сделать надрез на животе и вручную с помощью дара откачивать кровь заполняющую его изнутри. Печень тоже пострадала, наблюдая разрывы, но её хотя бы удалять не пришлось в отличие от селезенки. Вахана лечить без специальных лекарственных трав оказалось сложнее всего. Я выжимала себя досуха каждый сеанс и все ещё не чувствовала, что критичный этап пройден.
Сегодня как и всегда после сеанса с Вахтаном я привалилась к стенке в углу и прикрыла глаза.
— Поешь, лекарка, а то как бы тебя выхаживать не пришлось. — скрипучий голос Филиппа заставил приоткрыть глаза.
Широкоплечий какой то надуто квадратный мужчина со шрамом на щеке протягивая мне яблоко и кусок чёрного хлеба. Значит провизию уже спускали сегодня. Хорошо. Томасу необходимо промыть ногу…
— Ешь. — строго повторил боцман вкладывая еду мне в руки.
Улыбнулась в ответ, ощущая тяжесть в мышцах поднесла яблоко ко рту, решив начать с него.
— Умница. И не плач, все образуется. — его неловкое утешение удивило и я тронула кожу щёк тыльной стороной пальцев.
Влага на пальцах удивила ещё сильнее. Мне казалось я от этой отупляющей усталости уже не чувствую ничего, но нет. Ужасающие перспективы нашего дальнейшего существования холодили загривок ужасом и никакой усталостью это не перебороть. Страшно. Мне так страшно.
— Когда и как, Филипп? Мы в плену у пиратов и перспективы у нас, мягко говоря, не радостные. — горечь в собственном тихом голосе заставила умолкнуть.
Никогда не была нытиком, а тут задаю человеку вопросы ответов на которые нет ни у кого из нас. Тревожу душу как будто так проблем мало. Хуже того, нервирую своего пациента с недавним сотрясением.
Последняя мысль встрепинула и заставила подавить упадеический настрой. Никому и никогда не помогала паника и страх. Они парализуют, мешают думать, принимать решения и действовать.
— Не паникуй, малыха, ты с твоими талантами точно не пропадешь. Думаю тебя ихний капитан уже приметил, так что жди интересных предложений. — подмигнул неожиданно Филипп и сжал ободряюще моё плечо. — А прибудем куда там этим ублюдкам надо думаю быстро. Идём узлов двадцать пять с попутным ветром. Торопятся сволочи добро припрятать.
Зарвин негромко позвал отца и боцман сжав ещё раз моё плечо поспешил к сыну. Я только успела благодарно улыбнуться и все таки запихала в себя скудный обед. Надо восстановить часть сил. Если боцман прав, то у меня возможно будет шанс поторговаться за жизни этих людей с капитаном. И для этого потребуются все силы и максимально ясная голова.
Кажется я отключилась всего на мгновение и вот уже кругом какой-то грохот, шум, ор и пахнет чем-то едким.
— Нападение! Корабль подбит! — Филипп застывший на лестнице возле небольшого отверстия через которое нас сюда скинули и потом передавали еду и воду, это первое что я вижу.
— Надо уходить, а то потонем. — он спрыгивает и двигается ко мне.
Усилием воли давлю панику и тоже поднимаюсь на ноги.
— Вахан и лорд плыть самостоятельно не могут. Леди и Томас тоже не протянут на воде долго. Да и я, если честно, толком плавать не умею. — сознание работало кристально ясно.
Я ещё договаривала, а руки уже разрывали нижнюю юбку, она хоть и не первой свежести, но в неё можно завернуть побольше сцепляющей мази и хоть частично огородить открытую рану Томаса от солёной морской воды. Есть у меня одно средство, которое экстренно может залепить рану, но оно препятствует сращиванию и удалять его потом необходимо с особой тщательностью.
— Ты за меня, крошка-лекарь, не волнуйся. Я и за леди пригляжу. В воде мне эта нога обузой не будет, я плавать раньше научился чем ходить. — Томас оскалил зубы в широкой улыбке, пока я без обезболивания наносила эту мазь на его рану и пеленала его ногу максимально плотно фиксируя.
— Значит для подстраховки возьмём бочки и доски, все за что получится ухватиться. На мне лорд, Зарвин возьмёт Вахана. Вы трое помогаете друг другу.
— А точно тонем? Может ещё обойдётся и хотя бы до суши доберёмся? — Исабель обхватив тонкими пальцами голову и плечи мужа прижала его к себе.