А через полчаса явилась Эн с молодой помощницей. Справившись с прической, женщины принялись упаковывать меня в праздничный наряд. И вот тут возникла загвоздка. Эн, замеряв талию в нижнем корсете, махнула рукой помощнице, чтобы та вышла из комнаты.
– Когда Харану скажешь?
– В платье влезу? – не собираясь отвечать, поинтересовалась, рассматривая себя в зеркале.
– Конечно. Там еще есть немного запаса. Но через пару недель будет заметно и так. Мужа обидишь без причины. Когда скажешь? – няня и не думала сдаваться. Ее таким недовольным лицом и вопросами с пути верного не собьешь.
– Сегодня вечером думала, но тут опять дела появились. Скажу сегодня – не возьмет в путешествие, – поглаживая живот, пожаловалась я.
– Не скажешь сегодня ты, завтра скажу я. И не обижайся потом, Лора. Мужья должны знать о таком.
– Хватит на меня ворчать. Лучше заканчивайте с платьем, иначе не успеем.
Китрин была похожа на бочонок. В светлой золотой парче, жесткой от вышивки, она и вовсе казалась необъятной. И это по словам ее фрейлин, до родов королеве полагалось ходить еще почти полтора месяца.Но как бы я не отмахивалась, Эн была права. **
– Я никогда не сомневалась в вашей смелости, Милора Кезу Дангарон, но не ожидала подобного, – я чуть обернулась на даму, появившуюся со спины.
– Донна Мара, – приветственно кивнув, я не смогла сдержать улыбку. С этой особой мы не были подругами, но мне нравилось общаться с умной женщиной.– Тут нет моей заслуги. Это все армия моего мужа. Вы же знаете, какие непреклонные они стали после оживления.
– Еще бы, – донна хохотнула, спрятав лицо за веером. – А еще я слыхала, что стоит вам приказать прыгать, как вся Бессменная тьма будет прыгать.
– Это вы преувеличиваете, уверяю вас.
– Может и так. Но сдается мне, королева ночей не спит, опасается, что вы поднимете свое войско против нее, – женщина многозначительно подняла брови и отошла в сторону, поприветствовать кого-то еще из гостей.
– И это я второй раз за год в столице, – чуть скривившись от сплетни, посетовала я. Видно, донна Мара намеренно подошла, чтобы меня предупредить.
– Все в порядке? – рядом появился Харан, поймав меня за руку.
– Мне только что посоветовали не задерживаться в столице больше необходимых официальных мероприятий, – тут же пожаловалась я.
– И в мыслях не было. Если бы не сегодняшний вечер, мы бы из Сигеды и не выезжали.
– Я бы и ради этого не приезжала. Мне не удобно в столичном особняке. Слишком он большой.
– Мне кажется, или ты стала капризной? – генерал чуть улыбнулся, оглядывая толпу.
– Может быть. Как беременная женщина, имею на это право, – тихо отозвалась я, зная, что муж услышит.
Харан облегченно выдохнул и только теперь повернулся ко мне, улыбаясь. В глубине темных глаз генерала светился теплый огонь:
– А я уж думал, что ты мне до самых родов не признаешься.
– Ты знал?! – я была готова стукнуть мужа веером, если бы это не привлекло столько ненужного внимания.
– Но, Лора, душа моя, мы каждую ночь спим в одной постели! Я все о тебе знаю. Даже то, что твое любимое платье скоро станет мало.
– Почем не признался?
– Чтобы не расстраивать тебя. Но мы можем обсудить это дома? Тем более, что долгожданные гости прибыли.
Харан едва успел закончить фразу, как большие двери парадного зала распахнулись. Я не слышала слов глашатая, поглощенная собственной жизнью, а тут едва не упала на паркет.
– Диара?
Сестру было не узнать. Девушка вытянулась, округлилась. Официальный жреческий наряд ей очень шел, оттеняя бледность кожи. Я была очень рада видеть, что она в добром здравии, но все же не было больно.
Пока сестра, как глава посольства, кланялась Китрин и передавала подарки, пока они обменивались положенными приветствиями, мое настроение становилось все хуже. Зачем я вовсе сюда пришла? Можно было же сказаться больной, пусть я чувствую себя замечательно.
– Поехали домой, – я повернулась к мужу, дернув его за рукав.
– Но еще ведь танцы. А ты их так любишь.
– Не хочется чего-то сегодня, – кисло отозвалась я, чувствуя, что и платье туго затянуто, и туфли вдруг стали малы. А дышать в зале и вовсе нечем.
– Через полчаса, – пообещал Харан, крепче сжимая мою руку.
А затем случилось невероятное: Диара осмотрела зал, и зацепившись взглядом за мое черное платье, отошла от королевского трона. Пройдя сквозь расступающуюся толпу, жрица замерла в шаге от нас… а затем опустилась на колени.
– Прости меня, сестра. Я не могла связаться с тобой раньше, потому что это могло быть опасно для нас обеих. Но сейчас, когда я себя контролирую, я приехала тебя навестить. И поблагодарить за все, что ты для меня сделала. Ты простишь меня, Лора?
– Ох, Ди. Разве я могу иначе? – протянув руки к той, по ком так отчаянно скучала, прошептала я. А сердце наполнилось теплом и любовью: я прекрасно знала, кого стоит благодарить за такой подарок. И кажется сегодня моя душа окончательно исцелилась от старых обид.