Полсотни вооруженных людей двигались по Галстерре. Сеть узких улочек разбила плотный поток на пары и тройки. Они то замирали, то бежали дальше.
«Как крысы, проходящие лабиринт», — подумала Эмили, крепче перехватывая винтовку. Капитан Грей решила поставить на карту все, в том числе всех людей, способных держать в руках оружие, если дело дойдёт до открытого противостояния.
Рядом крался Патрик. Когда поступил приказ разбиться на пары, даже вопросов не возникло, ни с кем Эмили не работала так слаженно в последнее время. Видимо, сказывались годы препирательств и споров на службе — они с Патриком успели изучить друг друга настолько, что могли общаться без слов. Ему было достаточно вздохнуть, и Эмили уже знала, что пора прижаться спиной к стене, потому что какой-то кот решил перескочить с крыши на крышу.
Это выглядело как самая настоящая операция по освобождению города, если не принимать во внимание абсурдность того, что они прятались от кошек. Почему-то Эмили была уверена, что из источников этот эпизод истории Галстерры постараются вымарать как можно скорее.
Они тем временем добрались до торгового квартала, где в солнечный день можно было ослепнуть от блеска витрин.
— На позиции, — прошептал Патрик, склонившись над самым ухом Эмили. По телу разлилось напряжение, превращающее каждую мышцу в сжатую пружину. Эмили нашла почтовый ящик, достававший ей до груди, и использовала его в качестве опоры. На другой стороне улицы расположился Патрик.
Забил колокол на часовой башне, и в тот же момент все стрелки нажали на выключатели на своих винтовках, и по брусчатке побежали красные огоньки прицелов.
Первые несколько секунд висела тишина. Эмили даже успела подумать, что это был дохлый номер, но вдруг с ближайшей крыши послышались мяуканье и стрекот. Кошки хлынули на улицу сплошным ковром, пытаясь поймать две красные точки, скакавшие по мостовой. Огоньки отражались от зеркал и стекол, множились, а обезумевшие от возбуждения звери пытались накрыть их лапами, рвали друг другу уши, кусали хвосты.
Эмили проглотила радостный смешок и, как и было условлено, направила свет прицела дальше по мостовой, туда, где уже зажглись новые огни.
«По возможности, огонь не открывать. Отвлекайте их столько, сколько будет возможно, и плавно ведите в сторону набережной», — объясняла Мартина Грей в штабе.
Поток полосатых и пятнистых спин рванул дальше к центру. Эмили и Патрик выключили огни и бросились наперехват по параллельным улицам. Кошки, ослепленные погоней за красными огоньками, позабыли обо всем. Истошные вопли пронзали ночную тишину. Те коты, что не могли смириться с неуловимостью красных точек, безжалостно вымещали гнев на своих собратьях.
Возле пожарной лестницы на первой линии Эмили притормозила и, повесив винтовку на плечо, начала карабкаться вверх.
— А если они там? — шикнул Патрик.
— Главное не смотреть им в глаза.
Благо, крыша оказалась пустой. На соседних крышах и в окнах первых этажей уже расположились другие члены отряда. Напарники заняли позиции и направили огоньки на набережную. Эмили и представить не могла, что в городе было настолько много кошек. Они двигались цельным ковром, так что под меховыми спинами не было видно камней брусчатки. Но не этот вид беспокоил участников операции. Все по очереди напряженно поглядывали на плещущиеся воды у набережной. Возле пирса показалось движение, и небольшой паром зажег на борту гирлянд из красных огней.
Послышалось металлическое клацанье и звон. С непривычки можно было перепутать это с щелчками взводимых курков, но кошки Карэры ни с чем не спутали бы это дзыньканье колец на крышках консервных банок. Позабыв о красных точках, разгоряченные погоней, они начали запрыгивать на борт паромчика. Судно шло вплотную к набережной, чуть не скребя бортом по пирсу. Мохнатые пассажиры остервенело исследовали палубу в поисках еды. На застекленном мостике мелькнул силуэт Линдта, широкое лицо было перечеркнуто улыбкой маньяка. Мужчина крепко держал штурвал и вел паром по заложенному курсу, тщательно собирая на борту всех городских кошек. На палубе небольшой конвейер вскрывал выставленные на паллетах консервные банки и сбрасывал содержимое на доски.
— У них получилось, — рассмеялась Эмили.
И тут грохнул выстрел.
Красные огоньки на корабле закачались, одно из окон мостика покрылось паутинкой трещин. Линдт пригнулся как раз вовремя, вторая пуля последовала прямиком за первой.
Эмили обернулась. По набережной, завернувшись в халат, бежала Сорелль. Хромота не давала двигаться слишком быстро, но вот с меткостью проблем у нее не было. Эмили взяла женщину на мушку.
— Эмс, — окликнул ее Патрик. — Ее должны судить.
— Она может пустить все коту под хвост.
— Эмс, такого в плане не было.
С крыши уже начали спускаться люди для захвата женщины. Соррель сделала еще два выстрела из револьвера и обернулась. Оперлась на трость, которую до этого держала под мышкой. Она прищурилась и навела оружие на спускавшихся с крыши военных. Но рассмотрев десятки силуэтов, ползшие по стенам и пожарным лестницам, расхохоталась и поднесла дуло к виску.
