Локомобиль с большой почти паровозной трубой и на высоких колесах, проехал мимо вставшего шагохода и остановился чуть впереди. За собой он тащил поврежденный колесный бронеход, его правый борт был почти полностью расплавлен, сквозь дыры были видны выгоревшие внутренности.
С локомобиля сошел один из имперских солдат, судя по нашивкам сержант технической поддержки. Он подошел к шагоходу, восхищенно цокая языком, похлопал рукой по опоре.
— Hea vana "Hammer"! Ma ei arva, et oleksin kunagi näinud sellist minna, mitte muuseumis…*
______________________________________
* Старый добрый «Молот»! Не думал, что увижу когда-нибудь такой на ходу, а не в музее… (эст.)
— Что он говорит? — спросил в кабине Себастьян, наклоняясь к Зигору.
— Что-то про то, что этому старью надо в музей…
Тыну спустил лестницу и сошел на землю.
— Приветствую, сержант, какие-то проблемы?
— Никак нет, герр офицер! Просто удивился, увидев здесь это чудо! Это же со старой войны осталось, не так ли?
— Именно! Мы захватили его, разогнав местных крестьян. Так что это трофей, возвращенный Империи. А как дела на юге, а то мы почти неделю сидели в лесу, чинили эту машину. Не знаем никаких новостей.
— На юге не так все гладко, как обещали, — посетовал сержант. — Город на востоке захватили быстро, а под тем, что к западу крепко влипли. Этого бедолагу…
Он махнул рукой на поврежденный бронеход.
— …Сжег какой-то маг. А еще несколько просто расплавились в лепешки…
— Ого! Нас не предупреждали, что у Республики здесь будут маги, — произнес Тыну.
— Никто не ожидал! Теперь мы вытаскиваем небоеспособную технику… Вашему шагоходу сейчас самое место на южном фронте…
— Нам тоже нужен ремонт. Машину мы привели в порядок, но артиллерия нуждается в замене, — сообщил Тыну. — Идем за перевал. Лагерь все еще стоит на равнине?
— Да, мы как раз туда! Похоже, мы там будем быстрее вас. Вам выслать какие-нибудь запчасти? Или ремонтников? — спросил сержант.
— Нет, мы дойдем сами. Если только машину угля, чтобы заправиться.
— Угля полно на бывшей пограничной заставе, туда навозили целую гору, — порадовал Тыну сержант. — Мы будем там проезжать, предупредим, что вы на подходе, вас обеспечат. Там и грузчики есть, бесплатные.
— Очень хорошо, значит, завтра к вечеру мы уже будем в лагере, — произнес Тыну.
— Будем ждать с нетерпением! — засмеялся сержант. — Я так хочу влезть внутрь этого монстра! Это же живая история, у меня дед на таком воевал!
Сержант козырнул и побежал к своему локомобилю. Машина стронулась с места и укатила по дороге, волоча за собой разбитый бронеход. Тыну поднялся обратно в шагоход. Команда собралась в центральном отсеке, возле паровой машны.
— Пошли дальше, вроде все обошлось…
— Он ничего не заподозрил? — спросил Тодор.
— Мы с ним из разных частей, — похлопал себя по нашивкам Тыну. — Он простой сержант, удивился, увидев на дороге старую модель шагохода.
— Что он рассказал? — спросила Эри.
— Имперцы застряли под Старым Углеградом. Су сжег несколько бронеходов. И его не поймали. Думаю, если бы он попал в плен, об этом бы все знали.
— Он смог… — потупившись произнесла Эри.
— И он был прав, когда остался, — тихо сказал Мак.
— Ты что, тоже хочешь вернуться туда? — настороженно спросила Эллейн.
— Мама, нет! Я прекрасно понимаю, что нам надо увозить Аду и самими уходить как можно дальше… но… я пока не могу это объяснить.
— Мак, мы все понимаем, что оставляем позади большую беду, — сказал Тодор. — Но мы не можем сейчас ничем помочь! Мы гражданские специалисты, не военные. Нас тут всего несколько человек против целой армии. Даже если мы уйдем в лес и будем партизанить, подумай, как быстро имперцы пришлют карательный отряд и выловят нас? И твой дед прав, скоро зима, а у нас нет ни теплых землянок, ни запасов продовольствия, только несколько ружей и револьверы.
— Я знаю… я же не спорю… — кивнул Мак.
— Учись пользоваться своим даром, — похлопал его по плечу Себастьян. — Чем сильнее ты будешь, тем больше пользы от тебя будет на войне. А уж она от нас не отстанет, если началось здесь, скоро и весь континент запылает. Не зря же к ней все так готовились…
— Все, поговорили и хватит, до деревни осталось всего ничего, по местам! — отдал приказ Тодор.
Шагоход двинулся дальше. Чем ближе он приближался к Старой Заставе, тем тревожнее становилось на душе у Мака. Почему дед и мать молчат? Что случилось в деревне?
Дорога обогнула лес и вышла на тот самый луг, на котором, казалось, только вчера на Мака упал ворон.
— Мак! Мак! Беги скорей наверх! — закричала Ада.
Парень пулей взлетел по лестнице на наблюдательную площадку.
— Что? Что там?
— Твоя деревня! — Ада со страхом разглядывала открывшийся вид.
Каменный мостик по прежнему соединял берега горной реки, но рядом с ним был насыпана широкая и длинная терасса, залитая водой, стекавшей с края многочисленными водопадиками. А на противоположном берегу посреди руин торчали печные трубы.
— Они!.. — у Мака перехватило дыхание и он не сразу смог продолжить. — Они разрушили деревню! Разрушили ее, чтобы насыпать брод! Чтобы их техника могла пройти на этот берег! Я!.. Я их всех уничтожу!
