Нападение Империи было остановлено! Ценой своих жизней доблестные саперы сожгли вражеские бронеходы и нанесли огромные потери наступающей пехоте. Войска Империи были вынуждены перейти к обороне! А тем временем вся Республика плечом к плечу встала как один в патриотическом порыве! Держись, Старый Углеград! Помощь уже идет! Выбьем врага с нашей земли и загоним обратно за горы, в пустоши, откуда они и пришли! Враг будет уничтожен, победа за нами!..»
Под статьей была гравюра, солдат из окопа бросался на боевую машину с горящей бутылкой в руке.
Су отложил газету.
— Статья как статья, обычный журналистский треск и угар от первой победы.
— Да, и ни слова про боевого мага, — кивнул полковник.
— Тут же нет подробностей, просто передан факт, полученный в телеграмме, остальное высосано из пера журналиста, — заметил Су.
— Мы отправляли в Столицу подробнейшее донесение, — сообщил полковник. — Кто-то наверху решил не давать нашей информации ход.
— Это хорошо или плохо? — спросил Су.
— Это политика, а в политику я не лезу! — резко ответил полковник. — Мне дан приказ, я его выполняю. Наши наблюдатели сообщают, что войска Империи отходят к повороту на Перевал и усиленно строят там укрепрайон. Наших сил недостаточно, чтобы сбить их с этого рубежа. Мне приказано держать позиции. Из Столицы к нам идут несколько армейских корпусов. Там одних генералов больше, чем у меня лейтенантов. Они будут готовиться к атаке и освобождению Нового Углеграда. А столичные хлыщи тем временем уже сверлят себе дырки под медали.
— Это же хорошо, мы всего лишь саперы, — заметил Су.
— «Всего лишь саперы» держат фронт с одними винтовками и лопатами против бронеходов и артиллерии! Каждый день, под обстрелами, вгрызаясь в землю! — возмутился полковник. — Мы сдержали натиск, в самые тяжелые первые дни, когда никто не был еще готов к такому! А кто будет получать ордена и звания, защитники Старого Углеграда или освободители Нового?..
— Простите, полковник, я не совсем понимаю, зачем вы меня вызвали?
— Да, я слегка раздражен, прошу меня простить… Для вас тоже есть новости. Сами решите, хорошие или плохие… Там, — полковник показал пальцем наверх, — кто-то решил, что вам не место в армии. Вас отзывают…
— Но я же…
— Никаких но, это приказ! Может кто-то из ваших родственников позаботился, может наше штабное начальство, я не знаю. Су, поверьте, вы оказали нам неоценимую помощь. Без вас моих людей погибло бы гораздо больше, — полковник посмотрел на мага внимательным взглядом опытного, но жутко уставшего от всего творящегося вокруг офицера. — И ваше участие мы никогда не забудем. Уж я-то точно! Итак, ваше последнее поручение — вы должны доставить захваченную машину врага на юг.
— В Столицу?
— Нет, в Бухту Радости, в южный порт.
— Почему туда?
— Дорога на Столицу очищена, но на ней в любой момент можно ждать нападения диверсантов. Дорога на юг полностью контролируется, и вы быстро доберетесь до порта, а там машину переправят куда следует. С вами поедет боевое охранение, отделение саперов с которыми вы были в поле. Они представлены к наградам, а стране нужны герои. Живые герои! Церемония награждения пройдет там же, в южном порту.
— Когда отправляться?
— Сегодня вы с бойцами отбываете в город. Там примете тягач с погруженной на него машиной и паромобиль для охраны. Завтра утром отправляетесь. До Калинова моста вас будут сопровождать мехгвардейцы, а там встретят и доведут до порта морские пехотинцы. В Бухте Радости остановитесь в казармах нашего полка, дальше вам все расскажут на месте.
— Что ж, — Су встал, — приказ есть приказ…
— Сеньор маг! — полковник тоже поднялся с места шагнул к Су и протянул ему руку. — Я горд знакомству с вами!
— Для меня было честью служить под вашим командованием! — ответил Су…
***
— Мак, посмотри сюда, мы сейчас выйдем из этого сужения, ты можешь вырастить дерево и обвалить скалы в проход?
— Могу, конечно… — Мак перегнулся через борт наблюдательной площадки, осматривая каменные стены вокруг.
— Тодор, подожди, а зачем тебе это? — Зигор, наблюдавший за небом, обернулся к инженеру.
— Мы завалим это место и перекроем ручей, вода будет наполнять котловину за перемычкой и станет дополнительным препятствием.
— Я бы не стал этого делать, — заметил Зигор.
— Почему же?
— Пограничники явно знали об этом проходе. И пользовались им. Это же одна из троп контрабандистов. Зачем чинить им препятствия, война когда-нибудь закончится…
— Когда закончится война, они подорвут плотину и спустят воду, все будет по-старому, — решил Тодор. — А пока дополнительный заслон за нашей спиной нам не помешает.
— Ладно, как скажешь, — вздохнул Зигор и вернулся к наблюдению. — Но если у имперцев есть какой-то прибор, который, как считает дед Мака, может улавливать появление магических возмущений, то они точно заметят вмешательство и сядут нам на хвост… Лес на серпантине они тоже заметят, но еще могут решить, что мы ушли обратно. А вот магия на склонах точно покажет, что мы уходим на восток.
— Вынужден с тобой согласиться, звучит разумно, — кивнул Тодор. — Мак, не надо ничего делать, пройдем тихо…
