Ах, как приятно было видеть эти блестящие гильзы! Они подмигивали ему, словно шептали о готовящихся действиях, причем непредсказуемых и необратимых – как недавняя судьба женщины, о которой он так долго думал. Он осознал, что в этом мире ничего не происходит без последствий, и каждое действие может обернуться неожиданной реальностью.
Прихватив в другую руку маленький арбалет, который он окончательно проверил на предмет надёжности, Алексей снова взглянул на патроны. Смешанное возбуждение и чувство долга наполнили его; он создан для того, чтобы быть не только наблюдателем, но и участником, который должен знать, что он может сделать, когда снова придеться встретиться с мраком .
Из воспоминаний почти механически он помнил о жестяных банках, которые подготовил заранее для стрельбы. Он всегда считал, что это даст ему шанс сосредоточиться на цели и проверить свои навыки. За прошедшие недели он потратил достаточно времени на то, чтобы отточить мастерство стрельбы, но знал, что лучше никогда не расслабляться – жизнь подкидывала особенно трудные испытания.
Алексей быстро собрал всё необходимое, то и дело закладывая под пальто патроны . Он вышел на улицу тяжело вздохнув свежим морозным воздухом, который изо рта выходил облаком пара. Снежный покров на улице заметно затих, как будто природа ждала его следующего шага.
По пути к лесу Алексей ощущал, как крутится в голове, накапливаясь череда образов и мыслей. Лес, куда он планировал уйти, всегда был для него местом утешения и спокойствия, пусть и со многими трагедиями, спрятанными под его тёмным покрывалом. Он выбрал этот путь, чтобы оставить все свои терзания в городе и попробовать снова прикоснуться к чему-то более простому и чистому.
Когда он, наконец, достиг леса, деревянные стволы деревьев, обитые снегом, подняли его дух. Лес окружал его спокойствием, а морозный воздух наполнил легкие свежестью. Каждый шаг среди деревьев ощущался как уверенное движение к его новой реальности. Алексей выбрал поляну, обрамлённую великими елями, где ни острота ветра, ни шум города не могли разрушить его сосредоточение.
Установив жестяные банки на небольшом расстоянии друг от друга, он выстрелил в первую. Никаких лишних мыслей. Он сосредоточился, его адреналин подскочил, когда он нацелился на следующую цель. Внезапно он ощутил себя более живым, чем за последнее время. Следующий выстрел оказался точным – банка звонко подпрыгнула и упала в снег, а радость наполнила его искренним удовлетворением.
– Вот так! – проговорил он, смеясь над собой, как будто это было простое благоразумие.
Он продолжал стрелять в банки одну за другой, постепенно вбивая в себя уверенность. Каждое попадание сотрясало его души и приносило ощущения, что он может контролировать свою жизнь, даже если мир вокруг него как никогда был непостоянен.
После нескольких подходов, Алексей почувствовал необходимость сделать паузу. Он выбрал деревянный ствол рядом и присел на него, переведя дыхание. Далеко раздался треск дерева, как будто показывая ему обманывающую уверенность природы.
В этот момент он задумался о судьбе той женщины, о которой недавно рассуждал. Как же она могла справиться с тем, что произошло? Внезапно он осознал параллели между их жизнями – его стремление к контролю, к силе, и ее борьба с беспомощностью и страхами стали одним и тем же. Оба они оказались на краю – он, пытаясь извлечь из своих травм уроки, она же, сделала ужасный выбор, чтобы выжить.
Время неумолимо текло, и он снова поднялся на ноги, вернувшись к стрельбе – возвратившись к своей цели. Но его тренировку прервала мысль о последствиях собственных действий. Доставая револьвер и заряжая его , Алексей задумался, какой истинный смысл скрывает этот холодный металл. Он чувствовал связь между каждой стрельбой, между каждым выстрелом и теми, кто однажды окажется перед ним – не только подданный холодной справедливости, но и те, кто был лишён возможности выбора, как и сейчас он себя ощутил.
И вдруг он, заполненный новыми мыслями о правильности своих намерений и болезненности выбора, выстрелил в воздух – одинокий, эмоциональный выстрел, от которого раздался глухой звук, разрушивший тишину леса.
С каждым новым выстрелом Алексей обрывал старые узы и прокладывал собственный путь, который вел его в неизвестность, полную сомнений, надежды и, возможно, понимания того, что он не один, что вокруг полностью живые, борющиеся души.
Алексей аккуратно спрятал револьвер во внутренний карман своего пальто, чувствуя, как тепло металла надежно пристроилось к его сердцу. Это было ощущение, словно он запер в себе свою тёмную сторону, готовясь сосредоточиться на более маленьком, но менее грозном оружии. Он взял арбалет, который казался ему верным другом – достаточно простым, чтобы не требовать от него дополнительных усилий при стрельбе, но с той же способностью доставить ему удовлетворение от успешного попадания в цель.