Собрав последние силы, он проткнул её сердце осиновым колом. Тело Марии резко дернулось, и в ту же секунду с её губ сорвался душераздирающий крик, который отозвался в самой сути Алексея.
Алексей сжимал кол, понимая, что теперь это его единственная победа, но вкус крови на губах заставлял его чувствовать себя слишком грязным, слишком наивным – но он знал, что не имел выбора.
В этот момент вокруг него воцарилась тишина.
Алексей, сидя рядом с Марией, наблюдал, как ее тело медленно изменяется. Чудовищные черты, что когда-то искажали ее прекрасное лицо, начали исчезать, уступая место знакомым линиям, которые он любил.
Но кровь, продолжавшая течь из ее ран, напоминала ему о действительности – она умирала, и он не мог этому помешать. Каждый миг становился для него невыносимым.
Он аккуратно положил ее голову к себе на колени, его руки тряслись от страха и горя. Мария смотрела на него своими изумрудными глазами, которые стали тускнеть с каждой секунды. В ней еще горела слабая искорка надежды.
– Алексей, прости меня… – произнесла она с усилием, ее голос был едва слышен, словно ветер, пытающийся пробраться сквозь зимнюю стужу. – Я пыталась… Не могла себя контролировать.
Слезы катились по щекам Алексея, разъедая его душу. Он сосредоточился на ее словах, пытаясь понять, осознать всю глубину трагедии, которая разворачивалась перед ним.
– Ты не должна извиняться, – прошептал он, хотя внутри него бушевала буря эмоций. – Это не твоя вина. Я… Я всегда буду тебя помнить .
Кровь Марии медленно пропитывала его одежду, но сейчас это не имело значения. Время, казалось, остановилось, и в этот момент весь мир исчез. Он только смотрел на нее, пытаясь запомнить каждую деталь – каждый завиток ее волос, каждую изящную черту ее лица.
– Я не держу зла на тебя… – продолжала она, ее голос затихал. – Я… я просто хочу, чтобы ты знал ,теперь я свободна.
Алексей чувствовал, как ее дыхание становилось все более прерывистым. Он прижал ее к себе, желая передать ей всю свою силу, как будто его любовь могла спасти ее. Но он знал, что это невозможно. Боль, которую он чувствовал, невозможно было сравнить ни с чем.
Внутри него закипала ярость и безнадежность. Важный момент их жизни, самый трагичный, настал на старом кладбище Кишинева. Груды снега обрамляли могилы, а колокола вдали звонили . Каждый звук напоминал ему, что время неумолимо движется вперед, даже когда он был готов замереть здесь навсегда.
Мария, несмотря на то что сама находилась на грани исчезновения, пыталась улыбнуться. Это была тихая улыбка, полная грусти и сожаления. Она прервала тишину, когда произнесла:
– Живи, Алексей. Живи ради тех кто тебя окружает и любит …
С каждым словом Марии его сердце рвалось на части.
Тишина окутала их. Он продолжал держать ее голову в своих руках, ощущая, как ее жизнь ускользает, как вода сквозь пальцы. Ее дыхание становилось все менее частым, а свет в ее глазах угасал.
– Прощай, – произнесла она, и уснула. Уснула навсегда.
Алексей почувствовал сухость своих губ и горечи, наполнившей ему горло. В воздухе витал легкий аромат ванили.
Этот момент стал самым горьким в его жизни. Он ощутил, как его тело слабеет, когда глаза его любимой закрылись навсегда. Он прижал ее к себе, и в этот самый момент все вокруг погрузилось в смятение.
В его сознании раздался далекий звук колоколов, подававших знак о начале нового дня, Нового года. Но для него не существовало никакой надежды. Исчезнувшая света Марии поглотила все его радости. Взрыв эмоций и шок от потери свалили его на землю, лишая сил.
Алексей глотнул воздух, наполняя легкие холодным зимним воздухом. Он ощущал, как темные краски реальности накрывают его, и прежде чем он успел понять, что происходит, его глаза закрылись, а сознание погрузилось в темноту.
Звуки колоколов затихли, оставляя его наедине с обрушившимися на него чувствами потери и отчаяния. Зима обняла его, а снежный покров, мерцающий под тусклым светом луны, будто белое одеяло укрывал мертвое тело, в то время как вокруг раздавались голоса, поздравлявшие друг друга с наступлением Нового года.
Алексей почувствовал, как холодный ветер обдувает его, когда он, затянутый толстыми завуалированными слоями снега, падает на землю. Кровь Марии продолжала течь по его рукам, оставляя противоречивые чувства в груди: любовь, утрату, горе.
Пошатываясь, он упал, теряя хватку реальности.
Его сознание медленно погружалось в туман. Он ощутил, как мир вокруг становится все более нечетким, как будто его удаляли от жестокой действительности. В ушах раздавались глухие звуки, и он едва мог различить звуки колоколов – они теперь звучали далеким эхом. Он боролся, чтобы остаться в сознании, но тьма тянулась к нему, подобно неумолимой реке.
И тогда, сквозь тишину, он начал слышать голоса. Они были слабыми, но четкими, как далеко отдаленные звоном мозаичных стеклянных осколков.
– Они здесь!, – прошептал один из голосов.
Мысленно он искал, кто мог бы это сказать, но в голове царила полная неразбериха.