— Я слышу, но не понимаю почему. Кто переключает тумблер настроений в твоей голове? Так не бывает, чтобы вчера «да, давай, ты самый лучший», а уже сегодня «видеть не хочу». Я тебе не марионетка. И не мальчик, который не знает, в кого бы ещё ему свой х*й затолкнуть. Мы взрослые люди. Хочешь понимания — назови причины.
— Мне нужно решить свои проблемы, Татарин, и ты в эти планы не вписываешься.
— Что за проблемы, почему я не в курсе? Это по поводу того, что у Громова твоего происходит?
— Олег, не начинай… — Мученически скривилась я, а он губы надул, примеряясь к моим словам.
— Когда ты говоришь «Олег», это почти то же самое, что и «ты очень близок к истине, родной»! Что задумала?
— Наталья Викторовна, по расписанию у вас ещё двадцать минут, как лекция, а по факту уже индивидуальные занятия. — Прозвучало в стороне и Татарину всё же пришлось меня отпустить. — Пройдёмте в мой кабинет. — Сделал декан факультета приглашающий жест рукой и замер в ожидании, пока мы с Татариным в гляделки играли.
Декан говорил строго, коротко и по делу. Из всего сказанного выходило, что как специалист я весьма неплоха, но вот с дисциплиной были явные проблемы. Официальное предупреждение было получено, в приказе о взыскании у секретаря я расписалась. Шла по коридору и от каждого звука шарахалась, зная наверняка, что разговор мальчишка пожелает продолжить. Встретилась с ним взглядом, когда уже с высокого крыльца спускалась. Он усмехнулся и резко двинулся в мою сторону. Я же, едва не бегом, к своему авто. Села в машину, дверь заблокировала, но защищённой себя не чувствовала. Через зеркало заднего вида Татарина разглядеть не смогла и сердце заколотилось сильнее. Синдром жертвы поглотил меня. Ключ зажигания в замке провернула и тронулась с места.
Выезд с парковки уже виднелся, когда услышала рёв мотора и механический монстр, с лёгкостью минуя бордюр и разделительную зону, усаженную травой, посреди дороги остановился, выезд блокируя. Татарин из машины вышел и ко мне направился, желваками поигрывая. Руки в карманах штанов спрятал, зубочистку, что вместо сигареты меж зубами удерживал, языком из стороны в сторону перебрасывал, вызывая во мне какой-то животный страх.
Я на своей машине подобный фокус проделать не могла, потому сдала назад. С визгом тормозов остановилась, понимая, что другой автомобиль меня сзади подпёр. Татарин победно улыбнулся.
— Куда ты едешь? — Прочла по его губам и разозлилась. Первую включила и на педаль газа нажала. — Куда ты бля*ь?! — Оскалился он, когда перед самыми ногами затормозила, когда руками по капоту с силой ударил, равновесие улавливая. — Ты задавить меня хочешь? — Рассмеялся, испачканные в дорожной пыли ладони потирая.
Машину стороной обошёл, у водительской двери остановился и за ручку дёрнул, не удивляясь тому, что замки на блокировке.
— Открой. — Снисходительно улыбнулся.
Он не видел меня через лёгкую тонировку, потому к стеклу лицом прижался и ладонями тень создал.
— Это не решение проблемы, Измайлова. — Азартно облизнулся. — И уж точно не выход. — Прищурился, будто не веря, что я действительно могу смолчать, остаться безучастной.
— Дверь открой! — Приказал и тут же снова за ручку дёрнул.
С тяжестью и недовольством на крышу машины приземлились его кулаки. Сам Татарин так и продолжал стоять, на неё облокотившись, с ленцой и вялым интересом на меня сверху вниз поглядывал. Терпение теряя, посвистывать принялся, пальцами по металлу барабанил, на нервы действуя. А меня колотит всю. От страха и желания… Он злости и… какого-то извращённого удовольствия.
— Ты там как, малыш? Не созрела? — Однобоко усмехнулся и нетерпеливо выдохнул. — Наташа? — Глухо прозвучал его голос, и Татарин перед моей дверью на корточки присел. — На-таш? — Потянул, гласные растягивая, и за ручку дёрнул несколько раз подряд. Подскочил, на месте крутнулся, подбоченился, определяясь, что делать дальше. — Если сейчас не откроешь, болгарку из багажника достану и выпилю твою дверь к чёртовой матери… — Проговорил недовольно, но не грозил, а предупреждал вроде.
Звук мигалки заставил его резко обернуться. Машина госавтоинспекции притормозила возле его «крузака». Глянул и тут же потерял интерес к происходящему. Так и продолжал надо мной нависать, морально задавить пытаясь.
— Молодой человек, ваша машина? — Татарин нехотя на лейтенанта посмотрел, из кармана смятые тысячные купюры достал и тому за пазуху куртки, не прицениваясь, толкнул. — Машину уберите, будьте любезны. — Не отставал лейтенант, хотя взятку вроде как проглотил. — Она мешает проезду. — Добавил осторожно, заставляя Татарина нервно хмыкнуть.
— Что-то я не вижу, чтобы сюда кто проехать торопился. — Отозвался резко, а тот голову набок склонил, на меня оценивающе посмотрел.
— Вы девушке выехать мешаете. — Рукой махнул, а у Татарина ноздри раздулись от напряжения.
— Моя девушка. Сейчас переговорю с ней и машину уберу. Нет проблем, командир. Пять минут и меня здесь не будет.
